Если ты не любишь себя, я буду любить за нас обоих

- Где твои родители? - спрашивает он вместо того, чтобы позволить ситуации стать ещё более неловкой. Цзян Чэн чувствует, как его тело покидают последние тёплые чувства. Он звонил им из медицинского кабинета, но не дозвонился. Цзян Чэн подозревает, что они предпочли проигнорировать его, а не пропустить звонок, потому что он звонил на оба рабочих телефона своих родителей. - Не знаю, - признается он. - Я не смог связаться с ними.

Се Лянь тратит слишком много духовных сил, и Хуа Чэн не успевает вовремя помочь ему, из-за чего его дорогой муж получает искажение ци. Или история о Собирателе Цветов Под Кровавым Дождем, который, наконец, смог отыграться за те случаи, когда принц сажал его в детском облике на колени и тискал за щеки.

Как определить приглашает ли вас ваш коллега на свидание или на деловую встречу? Или ваш коллега продолжает смотреть на вас, и вы не уверены, нравитесь ли вы ему или у вас что-то на лице.

Когда-то, тысячу лет назад, Шэнь Цинцю считал, что семья — это мама, папа и их ребёнок. Теперь он знает, что семья — это ты, твой муж (император демонов), шебушной дед номер один (отец мужа), шебушной дед номер два (учитель мужа), злая тётушка с дочкой, угрюмый дядюшка (с замашками Эльзы), другой угрюмый дядюшка (с замашками рептилоида), дочь, сын, ворона сына и — «Нет, Вэй Ин, ты не можешь просто назвать первого встречного красивого парня своим женихом!»

Слуги молчат, поддерживая сказку о прекрасной чете заклинателей из Юньмэн Цзян, народу ведь надо верить во что-то хорошее. В наследника мужского пола – в том числе.

Они крепкая семья. Они любят друг друга, бесконечно и нежно.

Люди умирают Без исключений, льгот и отсрочек

Вэй Усянь приходит в себя - и он там, где меньше всего ожидал оказаться - в Гу Су, в теле, любезно пожертвованном ему сумасшедшем мужем Второго Нефрита. Вэй Усяню придётся столкнуться с изнанкой праведности Облачных Глубин, разобраться в своих чувствах к новоиспеченному мужу и начать свой новый путь в этом мире.

В Болгарии есть новогодняя традиция тайного поцелуя. После курантов все встают из-за стола и на три минуты выключается свет. Можно поцеловать кого угодно в помещении, и никто не узнает об этом.

Хэ Сюань голоден, и это сводит его с ума.

любить Вэнь Кэсина — всё равно, что упасть со скалы. До тех пор, пока я не достигну дна, я, по крайней мере, смогу узнать, каково это — летать. Ло Фумэн никогда не могла понять Вэнь Кэсина, но, по крайней мере, она могла попытаться понять человека, которого он любил.

— Это — инстаграм, — говорит Пэй Мин, и жизнь Фэн Синя с этого момента кардинально меняется.

С недавней миссии Шэнь Цинцю вернулся абсолютно другим. Более спокойным, уравновешенным. "Я нашел свой путь саморазвития" - так он всем говорит, но, только ли новый путь так изменил его или, было что-то еще?

небольшая зарисовочка, где цзян чэн и вэй усянь стали "двумя героями юньмэн цзян", но только недавно осознали как любят друг друга.

В постели, в ЕГО постели, спит Вэй Усянь. Лань Ванцзи несколько раз моргает, надеясь, что, может быть, на этот раз у него правда похмелье и ему мерещится, но затем Вэй Усянь тихо выдыхает, глубже зарываясь в подушку. Лань Ванцзи хочет умереть. Развернувшись на пятках, он закрывает за собой дверь. Вэй Усяня не может быть в его постели. Это то место, где Лань Ванцзи всегда хотел его видеть, но где тот никогда бы не оказался добровольно. Возможно, Лань Ванцзи совсем немного в ужасе.

Янь Уши обвиняют, но он в кой-то веки невиновен.

Шэнь Цзю всю свою жизнь был неуживчивым человеком с крайне сложным характером. Но какие бы грехи он ни накопил в своей жизни — единственной серьёзной резнёй с его участием было поместье Цю. Конечно, потеря своего статуса, привычной жизни и даже тела — серьёзная причина слететь с катушек. Вот только и причин держать себя в руках у него может оказаться не меньше.

Примирение после недопонимания в семье Вансяней.

— Почему ты не признался? Глядя на него, Лань Ванцзи по-совиному моргает. — Я признался, — говорит он тихо. — На следующий день, ты притворился, будто ничего не было. Я понял намек. — ЧТО? — спрашивает Вэй Усянь. — Я признался тебе, — повторяет Лань Ванцзи. — И поцеловал тебя. А ты... Ты ушёл, а на следующий день ничего не сказал.