- Хорош мальчик в балете – начинаешь опасаться… - Я плох в балете, - сообщил Отабек. – Так что это не показатель.

Скоро уже Отабек не мог понять, его как доверенное лицо так критически оценивают, которому можно поручить надежду российского фигурного катания, или как жениха.

- Я понял, - продолжил тренер, - что надеяться на вас или ваше – ха-ха - благоразумие – пустая трата времени и нервов. Поэтому я даже не буду вас просить, чтобы не было как в позапрошлый раз, не то, что в прошлый.

Единственное, что удивит окружающих это совместное фото Отабека и Плисецкого в час ночи, на аккаунте Юрия. Ему тоже есть чем похвастаться, хоть и не он ест с рук Виктора.

Что может быть хуже наступления ежегодного апокалипсиса, который все почему-то невинно именуют Днем Святого Валентина? Хуже толпы зомби, пускающей слюни не на мозги, а на розовые сердечки? Раньше Юра был уверен, что ничего. Теперь же он уверен, что гораздо хуже, когда тебя провозглашают всадником этого апокалипсиса и заставляют эти перевернутые жопы разносить. И что гораздо сильнее бесит, когда тебе самому почему-то ни одной не достается. Вот это действительно полная жопа.

Всю свою жизнь Юрий стремится только к золоту.

Изначально все люди рождаются бетами, но к совершеннолетию становятся омегами или альфами. Хотя бывают исключения. Юри уже исполнилось восемнадцать, а он пока продолжает кататься за юниоров. И дело не в способностях - в этом году он взял серебро - просто до сих пор его организм так и не определился с выбором. Юри Кацуки - бета. Простой, обычный бета, которому нет места в высшей лиге, где царят изящно-хрупкие омеги и мужественно-прекрасные альфы.

Отабек случайно назвал Юрия девушкой, за что тут же получил от возмущенного парня. Хотя в дальнейшем Юрий даже рад тому, что судьба наградила его такой внешностью.

Отабек решает признаться.

Какой черт дернул его приехать в Санкт-Петербург, впервые, наверное, в жизни этой послушать Якова, не снять квартиру и не обустроиться в отеле, а согласиться на приглашение Никифорова пожить в их с Юри только свитом семейном гнездышке? – Эй, может, ты не знал, но я не как вы, понял? – шипит Юрий, отодвинувшись назад, но юноша остается все так же невозмутим и спокоен. – Я, это… – Yuri-kun, кому ты врешь?

Можно ли почувствовать родственную душу еще до появления метки? Виктору семнадцать, но ему кажется, он знает ответ на данный вопрос.

Виктор, еле-еле оторвавшись от надоедливых журналистов, будто ищейка рыщет по стадиону. Где-то здесь скрывается тот, чей аромат не даёт нормально сосредоточиться уже третий день. Сегодня Юри Кацуки – так его зовут – проиграл и теперь явно прячется, заметив испепеляющий взгляд Виктора, который обещающе подмигивает ему в самом конце выступления.