Шэнь Цинцю был готов побиться головой о стену. С чувством так… Чтобы наконец понять, в какой момент его дети, разглядев в нем — не самом строгом учителе — омегу, вдруг решили, что его нужно охранять всем скопом.

— А-Чэн, пожалуйста, сиди смирно и не шипи, я понимаю, что это неприятно, но ты же хочешь, чтобы я вычесал колтун? Жалобно мяукать, как слепой котенок, захотелось примерно сразу после того, как Цзян Чэн увидел в отцовских руках гребень с мелкими зубьями. Пусть будут прокляты колтуны и дурацкие смотрины...

Вэй Ин вел себя странно. Впрочем, это как раз Цзян Чэна не особо напрягало, в отличие от того, что у него стратегически пропадали ханьфу. Как ни открой шкаф или потайной ящик, куда Цзян Чэн уже стал прятать одежду, — пусто.

— Надо было убить тебя, когда была возможность. — Надо было, — покладисто улыбнулся Вэй Усянь и бесстыдно прижался горячими губами к щеке Вэнь Жоханя. — Альфой ты был бы раздражающе мерзким, — ухмыльнулся в ответ глава Вэнь. — Но омегой — обворожителен. Коварная ухмылка на лице юньмэнского демона стала только шире, а Вэнь Жохань с невольным восхищением подобрал ему более подходящий титул. Вэй Усянь был не просто демоном, не-е-е-т. Он был акулой.

Сборник взаимосвязанных драбблов. У Ло Бинхэ была насыщенная жизнь, полная опасных вылазок, крупных сражений и любовных интриг. Он всегда выходил победителем, насмешливо улыбался стерве-судьбе, которая была не слишком ласкова к нему первое время, и в целом был доволен. С появлением в его жизни Вэй Ина в густую черную гриву затесалась седина, а в верхнем ящике стола прочно обосновался небольшой бутылек с успокоительным настоем.

Контролировать это было совершенно невозможно. По крайней мере, не тогда, когда шисюн с задорным плеском выныривал из-под толщи воды в мокрых одеяниях, которые больше показывали, чем скрывали. Цзян Чэн чувствовал, как чешуя рвалась наружу, выламывала ему кости и мышцы, дурная суть крамольно нашептывала показать, каков он есть.

Пэй Мин не знал, куда спрятаться. Обаятельный мерзавец каким-то образом умудрялся его находить, играючи догоняя всякий раз, как Пэй Мин решал сменить локацию или маскировку. Воплощение повелителя душ было одной из самых красивых дев, которых Пэй Мин когда-либо встречал. Вот только… Сам Вэй Усянь почему-то предпочитал упорно приставать к нему в настоящем обличие.

Он не заметил, как его дети превратились в двух прекрасных сильных альф. И как-то пропустил момент, когда они заинтересовались им.

.

Цзян Чэну уже 23 года, он - молодой глава клана, правда омега. В конце концов, ему будет нужен наследник и альфа, но... Зачем ему альфа-самец, если есть альфа-самка Вэй Усянь?

Такой милый, заботливый, прямолинейный, надежный, любимый... тот самый, единственный.

Вэй Ин — супруг Вэнь Жоханя, который активно пытается сгладить все конфликты с другими кланами, научить его детей тому, что в мире есть не только тьма, и не сойти с ума из-за собственной памяти. И, кажется, он почти справился. По крайней мере, Вэй Ин так считал.

Он не знал куда прятать сердца. Дурацкие ледяные штучки оккупировали его со всех сторон, стоило только взгляду зацепиться за Шан Цинхуа. И, если попервости Мобэй-цзюнь успевал скрыть проявление своей глупой симпатии за длинными рукавами, словить мимолетный проблеск, то сейчас не представлял, что случится, если он столкнется с незадачливым заклинателем лицом к лицу.

Цзян Чэн боялся не успеть найти А-Сяня, обнаружив тела его родителей.

Вэй Ин совершенно не желал вступать в брак по договору, однако так сложились обстоятельства. Отрезанный от родного клана и человека, которого он искренне любил, Вэй Ин учится жить заново вместе со своим супругом в Облачных глубинах маленькими шагами.

«Мой отец будет дома», — предупреждает Лань Сычжуй Вэй Ина. «Не беспокойся об этом, — смеется Вэй Ин. «Я буду вести себя наилучшим образом!» Его юбка из группы поддержки развевается, когда он весело поворачивается, чтобы постучать во входную дверь, но сталкивается лицом к лицу с твердой грудью, которая так бросается в глаза под простой белой футболкой. — Сычжуй, — начинает низкий голос.

Лань Чжань - грëбанный фетишист.

Они забыли о сожалениях среди огненных цветков.

Спустя полчаса пьяный Вей Ин резко приходит в себя в его объятиях, с именем «Лань Хуань» на выдохе. Мысль, ужасная и гнусная, заползает в голову Лань Ванцзи и отказывается покинуть его: - Да… - заговаривает он с опаской, - Это я. Лань Хуань. - А-Хуань, - произносит Вей Ин, так нежно, и его хрупкие руки обхватывают четкую линию челюсти Лань Чжаня. У него мутные глаза. И кажется, Вей Ин принял Лань Чжаня за своего мужа. Лань Чжань безумно влюблен в Вей Ина.

В мире заклинателей одна за другой прогремели несколько новостей. Первая: Вэй Усянь, повелитель армии мертвецов, оказался омегой. Вторая: орден Юньмэн Цзян готов заключить брачный союз с любым подходящим кандидатом. Третья – Лань Ванцзи, ледяной и недоступный Ханьгуан-цзюнь, без колебаний принял условия помолвки.