Они не то чтобы намеренно пытались сблизиться, двигаясь медленными просчитанными шагами. Минхо думал, что они, вероятно, просто споткнулись о собственные ноги и застряли в этом много лет назад, когда были достаточно наивны, чтобы считать подобное бессмысленным.

– Думаешь, раскусил меня? – почти шепчет Джисон. – Надеюсь, – Минхо слышит его прерывистое дыхание и вдруг чувствует некое удовлетворение. – Не боишься пожалеть об этом?

Минхо влюбляется в Хан Джисона так же, как меняются времена года – медленно, но неумолимо.

В колледже тяжело. Заводить друзей тяжело. Быть окружённым кошками помогает. Как и милый бариста, который балует его бесплатными угощениями и любовью, полагает Джисон. или: Джисон находит второй дом (и помощь с домашним заданием) в местном кошачьем кафе и в звездных глазах Ли Минхо.

Кун не понимал, почему Тэн вёл себя подобным образом: забирался в постель за полночь без причины и обнимал за талию, придвинувшись достаточно близко, чтобы он почувствовал дыхание у своего лица. Не понимал, почему его руки каждый раз покрывались мурашками, внутренние органы будто выворачивало наизнанку; почему хотел обхватить крепче и оттолкнуть того одновременно. Он впервые не сознавал, как чего-то может быть слишком много и недостаточно одновременно.

– Как так вышло, Ли Минхо, что, после стольких лет, ты всё ещё здесь, со мной?

Чувства — штука неоднозначная, алкоголь их только усложняет.

Джейк знает, что должен сделать что-то, что заставило бы его выглядеть так, будто он компетентный сотрудник, а не какой-то идиот. Но проблема в том, что он какой-то идиот, по крайней мере, перед такими возмутительно горячими парнями. (или: «Я думал, что ты не говоришь по-английски и рассказывал своему другу, какой ты горячий, но вот незадача, ты знаешь английский, и теперь я хочу умереть».)

Парень так сильно заламывает руки, что больно смотреть. Он ничего не говорит — просто сияющими глазами выжидающе смотрит на Чэнлэ, так что Чжон первым нарушает тишину: — О, привет! Ты Джисон, верно? Бариста осторожно кивает. — Круто! Я Чэнлэ, — он ждёт, что Джисон скажет что-нибудь в ответ, но тот молчит. Его губы кривятся в улыбке, напоминающей гримасу, он явно чувствует себя не в своей тарелке. Чэнлэ в жизни не видел более нервного человека.

Безобидные шалости, что «прославили» их на всю школу. Сан и Уён были неразлучны. У них за спинами были годы совместных историй, шутки, которые никто другой не понимал. Так было всегда, они были партнёрами во всём, от квиддича до зельевария и розыгрышей. Люди знали, что в созданный этой парой пузырь лучше не лезть, но всё неожиданно изменилось холодной зимней ночью на шестом году обучения.