Как же сильно он хочет снова встретиться со своим ослепительным солнышком...с E.N.D. — Я верю в тебя... — тихим голосом вслух озвучил он свои мысли. Медленно открыв глаза, Зереф грустно улыбнулся. — Скоро мы встретимся, Нацу.

Нацу приснился довольно странный сон, где он узнаёт, что Зереф - его брат. Но, так и не дав розоволосому всё выяснить, его забирает темный маг.

Небо – бескрайнее, недостижимое. А Зереф бормочет во сне, и Нацу думает, что при желании он мог бы охватить его, такого худощавого и обманчиво хрупкого, со всех сторон и осыпать поцелуями каждый миллиметр бледной кожи. (Э, кто читал, можете не смотреть, ничего нового, просто... авторские выкрутасы=)))

Мы знаем, что Акнология уничтожил остров Тенрю одним сокрушительным ревом. А Зереф стоял и ничего не делал. Но здесь всё иначе. Почему бы и великому черному магу не захотеть урвать для себя кусочек счастья? И он ставит на кон всё, что имеет. Чтобы одержать победу и вернуть себе то, что принадлежит ему по праву. А именно любовь и преданность одного розоволосого дракона...

К черному магу приходили за силой. Но ни один из получивших её назад не вернулся. Ни к друзьям, ни к семье, ни к врагам. А Нацу из Агни пришел не за силой. Первый, кто возвратился. К учителю, к товарищам, к союзникам по разгорающейся войне со «злыми» драконами -но возвратился не к нему. Или… «к нему не возвратился»? (Отредактировано/дописано 25.12.12 г.)

Итак, Совет вновь собран, "Хвост Феи" вот-вот распустят. Нацу мучает загадка собственных воспоминаний, да и таинственный голос, отчаянно зовущий его, не дает Убийце Драконов покоя. В это же время на острове Тенрю терзается плохими предчувствиями черный маг Зереф, а в королевстве плетет свои интриги одна из членов Совета... Какой выбор сделают герои? Чем обернется опрометчивый приказ о немедленной казни Джерара? И станет ли "Хвост Феи" сильнейшей темной гильдией Фиора?

И темный маг прикусывает губу, чтобы не засмеяться в голос, спеша со всем миром поделиться вновь обретенной надеждой, жгучим теплом растекшейся по венам. Ведь с этой поразительной силой, с этой гранитной решимостью и с воспоминаниями, таящимися в их сердцах, быть может, они…

И разморенный полусонный Нацу, изредка косясь на звезды, думает, что неплохо было бы взлететь в эту непроглядную ввысь и погасить иронично мерцающих светлячков-переростков, ведь ему совсем-совсем не хочется, чтобы вот такую, едва заметную и от того в сотни раз более ценную, веселую лучистую улыбку черного мага наблюдал кто-либо, помимо него.

Это уже вторая зима, которую Нацу в крохотном лесном домишке встречает не с одним лишь Хэппи. Первая наступила как раз перед тем, как по возвращению с задания он обнаружил в своей кровати спящего черноволосого парня. Должно быть, именно в тот момент он в кои-то веки понял, почему заклинательница духов так оглушительно визжала поначалу, стоило Нацу ненароком задремать в её постели.

Четыреста лет - исполненные стылого одиночества, истекающие мертвенным холодом и нестерпимой болью. Целая эпоха без возможности ощутить вдох огненного дракона на своих губах. Семь - годы, прожитые под знаменем вины, инеем оседающим на плечах; отчаянной верой растянутые на века. Достаточно, чтобы при виде розоволосой макушки растерять чудом оставшиеся крохи терпения. Но один поцелуй. Одно прикосновение. Одна жгучая искра между телами... И черный маг готов научиться... даже не дышать.

Пусть неправильно, слишком быстро, и больно, но… это же не было ошибкой, верно?

Небольшая мечта о полюбившихся братьях.

Мы снова встретились, Нацу...

-- Спасибо , что ты всегда рядом -- прошептала девушка сильнее обнимая парня. -- Не за что. Ты же знаешь , я никогда не брошу тебя -- улыбнулся тот...