Неудачное божество. Даже с этим не справился. Губы бы тронула ядовитая усмешка — сколько будешь в жалости к себе утопать, хватит, перестань, тебя таким не любят, — но он все еще лежит где-то, да ощущает мягкие руки Дендро Архонта.

Взмах мечом ― и бесформенный раскат тянется по траве, укрытой росой. Пахнет зарядом и влагой, пахнет зеленью и землей, пахнет родным Вольфендомом.

Такое у дам не спрашивают!

Маленькие тёплые зарисовки о том, как ужасно невезучий Беннет отправился на поиски приключений в, казалось бы, не самое удачное место, а Рэйзор случайно повстречал друга.

После открытия границ Инадзумы Тома приезжает на родину и знакомится с тремя самыми опасными жителями Мондштата

Все началось с того, что меня спас какой-то мальчишка с золотистыми волосами. А затем все как-то закрутилось, завертелось, и я сама не заметила, как стала спутником этого юнца, а воспоминания двух миров перемешались в моей голове. Впрочем, это уже не важно. Ведь раз теперь я проводник, то выполню свою работу и доведу главного героя истории до ее финала.

Странник с читаемым противоречием в глазах обратился к той, что спасла его от бытия безысходности.

Отцы – они такие, хоть первые Предвестники, хоть нет: чуть увлекутся государственными делами – и забудут про своего ребёнка. Но маленький Кэйя не жалуется; он привык листать книжки в одиночестве и забавляться с механическими игрушками. И вовсе ему не холодно в этой морозной Снежной. И вовсе ему не хочется погреться у чьего-нибудь тепла.

Сказитель ударился головой, но не потерял сознание. Чтобы отвлечь его от мучений, кто-то пришел спеть ему колыбельную.

Из-за особенностей Ци Ци Бай Чжу считал, что этот день никогда не настанет, но жизнь сыграла с ним злую шутку.

Хайтам не любит Академию.

Несколько месяцев назад в Мондштадте появился молодой бард, быстро завоевавший известность во всём городе. Его талант и умение обращаться со словами с такой лёгкостью расположили к нему людей. Несколько человек изучили его происхождение, но ничего не нашли, и слухи о таинственном барде распространились как лесной пожар по мощёным улицам Мондштадта. (Венти — раздражающий младший брат/ребёнок каждого, пока не окажется, что он их Архонт)

...и замер стук. [Реванш — LASCALA] Он чувствовал, как кровь стекает на пол, как склеивает волосы, но понимал, что сил об этом волноваться нет. Сил не было даже на то, чтобы о чём-то думать. Куникузуши лежал поломанной куклой. Он мог так пролежать час, мог десять, мог целый день, мог неделю. Время текло, будто патока, пока этот ровный поток не был перерезан детским голоском: — Ты просто сдался?

– Понимаешь, с нашей первой встречи твой образ навсегда отпечатался в моей голове, – юноша продолжил свою тираду, – Твои янтарного цвета глаза пленили меня своей красотой, твои золотистые волосы заставляют не отрывать от них взгляда, а каждая мелочь в твоей одежде - бесподобна. Чего только стоят твои чарующие перчатки, закрывающие только большие пальцы на руках. А твое платье…Впрочем, я могу говорить об этом вечно и, как я посмотрю, уже порядком напугал свою милую гостью.

- Не люби меня, - горько смеется она, - что хочешь делай, только не люби.

Сяо всегда определяли потери.

Небольшое стихотворение от лица Гуй Чжун о её чувствах в последние моменты её жизни~

Эфир умирает, Эфир воскресает – такова его природа, он уже давным-давно к этому привык. Он помнит, как погиб, в то время как остальные забывают об этом. Но в Тейвате всё встает с ног на голову, и в памяти людей, которыми он дорожит, каждая его смерть отпечатывается с ужасающей точностью. Он же, в свою очередь, забывает, каким именно образом умер на этот раз.

Двое из тех немногих, кому известна правда о небесах Тейвата, под покровом ночи спорят о способности фальшивых звезд исполнять желания.

Это описание настолько же пусто́, насколько речное дно. Рискнёшь занырнуть?