Хранить секреты порой - тяжкое бремя. Особенно те секреты, о которых хочется кричать на весь мир.

Сакура улыбается, смотря, как Мия целует пони в гладкий нос. Ей так тепло на душе, что отчаянно хочется вспорхнуть. Её дочке всего пять. Маленькая звёздочка в жизни Сакуры, и она сделает всё, чтобы её девочка была счастливой. Однако кое-что Сакура дать ей не может. Пока не встречает его.

Вначале она думала, что это сон. Вернее даже, кошмар. Когда оказалось, что, на самом деле, нет, было уже поздно. Пришлось остаться. Идти-то больше всё равно некуда.

Смерти тоже бывает одиноко и скучно в своём бессмертии.

Мда, не об этом я в детстве мечтала, когда радостно воображала себя принцессой волшебной страны. Принцессой я, кстати, так и не стала, но каким-то блять магическим образом проснулась в теле Короля Визериса I Таргариена около недели назад.

Если бы у сира Кристона было чуть больше выдержки, у короля Визериса — чуть более политический склад ума, а Рейнира чуть больше доверяла отцу... Всё могло сложиться по-другому. (Ну а Деймона просто отпиздили канделябром. Потому что нехрен оставлять девушку неудовлетворённой!)

Феи ведут себя странно.

Итачи не хотел возвращаться в Коноху, но вернулся, чтобы не причинять Саске боль. Не хотел жить в одном доме с ним и его девушкой. Но Саске настоял. И меньше всего Итачи хотел влюбляться в Сакуру, только как приказать сердцу?

Танос убил Локи. А потом... Локи проснулся. Живым. Просто слегка не собой. Но это поправимо.

— Непреодолимость. — Какаши вкрадчиво кивает. Несмотря на то, что миссия почти завершена, и уже утром они будут дома, Какаши насторожен и напряжен. Замечает это только Сакура. Она и сама никак не может избавиться от непонятного гложущего ощущения. — Что может быть непреодолимым, Сакура? «Влечение» — без промедления ответ возникает в её голове.

Любовь Учихи – яд. Медленный, парализующий, разъедающий плоть, кости, кровь и душу. От этой любви не сбежать, не спрятаться. Любовь Учихи абсолютна. Они любят один раз и на всю жизнь. Их любовь больная, зависимая, грязная. Они сожгут мир ради любимого, уничтожат любого врага. Берегись любви Учихи. Она как болото – затягивает до дна, вытягивает всё живое, обволакивает с головы до ног, убивает. Не люби Учиху. Не желай их любви. Но коли полюбит тебя Учиха – не беги.

Вот что случается, если смешать Наруто, фуиндзюцу и его удачу.

Цунаде просто хотела отпраздновать конец своей свободной жизни, а в результате под венец пойдут и будущие подружки невесты.

Мадара, несмотря на всю его заметность и внушительность, местами очень ускользал от внимания окружающих. Особенно обидно было Изуне, искренне гордившимся пятым размером груди Мадары и не понимающим, почему это окружающие её (грудь) не замечают и считают Мадару мальчиком, а его только из-за симпатичной моськи - девочкой?

В детстве, если меня спрашивали, кем я хочу быть, я отвечала, что стану хокаге, пока до моего детского мозга не дошло, чем это может мне грозить. С тех самых пор, если мне задавали подобный вопрос, я без зазрения совести отвечала, что буду женой Шикамару Нары.

Попасть хорошо надо уметь. Ты можешь родиться каким-нибудь бесклановым счастливчиком, а можешь... Проснуться в окружении горы трупов, придавленный весом чьей-нибудь головы. ||| Попаданка в момент резни клана Учиха.

- Господи, да увидит народ, что ты никому не даёшься, и перестанет верить в эту чушь. Так говоришь, будто девственница. – Тобирама промолчала, а Мадара поднял удивлённый взгляд. – Или ты правда?.. - Сейчас не об этом. – Она оборвала его. – Клянусь, ещё какой-то слушок, который ты пустишь обо мне, и я не посмотрю на Хашираму – убью. И выходить замуж не надо будет. - Силёнок то хватит? - Ночью задушу.

Темари знала, что её опоили. Вещество было незнакомым, и она не почувствовала его в пище, но сейчас, по изменившейся реакции тела, уже была уверена в этом. Однако это был не яд. Нет, у этого вещества иная природа, хотя Сабаку еще не знала какая именно.

— Душа Сарады требует увидеть папу. Хоть раз. Не на фотографии, сделанной в двенадцать, — отчеканила Сакура, щурясь. — Осилишь, м?

Изуна Учиха была странной. И совсем не потому, что предпочитала прикидываться мальчиком. А потому, что, впервые увидив Тобираму, уже знала: он будет ее убийцей.