Длинная история о временах Мародёров в Хогвартсе (и вне) от лица Ремуса. Отхождение от канона: отец Ремуса умер, мальчик воспитывался в приюте, поэтому иногда он бывает грубоват. Остальные события прописаны как можно ближе к канону. 1971 - 1995

Как-то зимним днем в тихом французском городке появляется молодой человек по имени Ремус Люпин. А чуть позже он открывает необычный шоколадный магазин, предлагая посетителям испытать новое удовольствие. И действительно, побывав у него однажды, люди вновь и вновь поддаются сладкому очарованию — Ремус волшебным образом угадывает чужие желания. Но не все ему здесь рады, а мэр города Реддл и вовсе объявил ему холодную войну. Что может быть возмутительнее отца-одиночки, к тому же привечающего цыган?

— Я не понимаю, — искренне говорит Сириус. — Ремус такой замечательный человек, почему все делают вид, будто он какая-то злая мачеха? Джеймс радостно смеется и подмигивает Сириусу. — Мы вообще об одном человеке говорим? — Он поднимает руку над головой. — Здоровый парень, вот такого роста, с кудрявыми волосами? Характер как у спящего дракона? Умный, но немного самовлюбленный? Может убить тебя взглядом? Сириус поднимает брови и тоже смеется. — Нет, думаю, мы говорим о разных людях.

— Какой твой любимый цвет? — спрашивает Сириус. До этого — «какая твоя любимая песня?», «тебе нравится апельсиновый сок?» и «поцелуй меня, поцелуй меня». «Какое у тебя второе имя? Я не скажу тебе свое». Он пытается ухватиться за секунды, разобрать на части, увидеть — они такие сладкие и коричнево-золотые, как расплавленные ириски. Они будут жить здесь. Он пытается создать историю наоборот; украсть местечко, только для них двоих, устроить его во времени, которого хватит лишь на один вдох.

Сириус Блэк – единственный ученик школы трудных подростков «Хогвартс», которого не хотят забирать домой на летние каникулы. Если бы не доброе сердце его преподавательницы Хоуп Люпин и не решение забрать мальчишку к себе под опеку, Римус никогда бы в это не вляпался /// Или история о том, как Сириус становится частью одной скейтерской тусовки, а Римус пребывает в ужасе от потенциального статуса «братьев»

Ремус понимал, что привычная игра заходит дальше обычного, но в этот раз стеснение и страх показаться странным не так его волновали. Ему хотелось попробовать. Хотелось отдать Сириусу контроль и не думать. Совсем ни о чём не думать.

Темной унылой ночью в Лондон приходит корабль. На борту двое мужчин, которым есть что предъявить городу, пока они ищут близких. И, возможно, одному из них суждено их найти этой ночью.

Затворническая жизнь Ремуса Люпина, автора, живущего в маленьком городке на берегу моря, переворачивается с ног на голову, когда на пороге его дома появляется маленький мальчик, эвакуированный из Лондона в разгар Второй мировой войны. Но Ремус никогда не просил об этом, не говоря уже о том, чтобы взять к себе ребенка, которого воспитывал человек, девять лет назад оставивший его умирать. Рассказано через развивающиеся отношения Ремуса с Гарри и преследующие его воспоминания о прошлом.

ремуса люпина зовут поиграть в гаражной группе и мир вокруг него меняется. бесконечные ночи, вечеринки, сигареты, музыка, потоки мыслей, влюбленности, потери и обретения. лондон, 90е!

Дамблдор сошёл с ума? Всё может быть, но сегодня он всего лишь решил, что мальчики и девочки будут учиться отдельно. Сириус не поддерживает его решения, а Ремус лишь надеется, что удастся избежать неловкостей.

У Римуса Люпина был ужасный день. Он чертовски устал, у него раскалывалась голова, его ботинок прохудился, его личные границы были варварски нарушены, а пальцы, кажется, готовы были отвалиться от ледяного ветра. Вишенкой на торте этого вечера мог стать только какой-то черноволосый хам, бесцеремонно забравшийся прямо к нему под зонт и умоляющий срочно спасти его.

— Нет, Джеймс. С меня, блять, хватит этого разговора. Ты ведешь себя неразумно, и я понятия не имею, почему я вообще думала, что это было хорошей идеей. // Сириус пошевелился, сначала услышав крики, после почувствовав, как чья-то рука обхватила его за талию, а лицо уткнулось в изгиб шеи. // — О, черт, — раздался хриплый шепот у шеи Сириуса. — Они опять? // — Не думаю, что они прекращали со вчерашнего дня.

Римус в замешательстве, а Лили в ярости, когда в больницу Святого Мунго, где они работают, устраиваются хирургами ее бывшие одноклассники — Джеймс Поттер и Сириус Блэк.

Несколько мгновений назад Ремус решил, что он хочет трахнуть Сириуса. Сейчас. Не в машине перед тем, как они поедут к Джеймсу и Регулусу. Не потом, когда они уже будут дома, и им надо будет думать о четырехлетней девочке, которая может постучаться в их спальню. Не завтра утром, когда одному из них придется встать пораньше, чтобы приготовить завтрак. Сейчас. Здесь. Грубо и грязно, в ближайшем туалете, с басом, сотрясающим стены, и с алкоголем в их крови.

— Итак, у тебя есть с собой документы? Регулус услышал звяканье, когда парень опустил его руки, скрещивая их за спиной, и ощутил холодное прикосновение металла к коже. Его заковал в наручники сексуальный коп. — Нет, — он закусил губу и обернулся. — Может быть, мы как-нибудь договоримся? — Да? И как же? — карие глаза с насмешкой уставились на него. — Я могу тебе отсосать.

— Просто я так взволнован. Не каждый день мне дается возможность представить своего сексуального парня родителям. // — Ты ведь понимаешь, что эта поездка не о тебе и твоем сексуальном парне? Они собираются познакомиться с невестой Джеймса. // — Оу… да какая разница. Я имею в виду, это немного и обо мне тоже. — Сириус поднялся с кровати и проверил пол на наличие посторонних предметов. — Это всегда немного обо мне. // — Господи, — пробормотал Римус, но на его губах играла улыбка.

Был конец седьмого курса, экзамены неизбежно приближались, и Римус Люпин проводил каждую свободную секунду в библиотеке. Римус разрешил присоединяться к нему только пятикурсникам, которые входили в его учебную группу, и то только в назначенные часы. Единственным исключением из правил, и не по воле Римуса, был Сириус Блэк.

‘О, ты восхитительный ублюдок, я собираюсь отвезти тебя на каникулах куда-нибудь, где жарко и солнечно, и где я могу поклоняться твоей обнаженной коже на публике так, чтобы это не считалось непристойным.’ // ‘Все, что ты делаешь — непристойно. То, как ты пьешь свой чай, ешь гребаные тосты и моешь посуду. Непристойно.’ // ‘Ах, но тебе это нравится.’ // ‘Даже слишком. А теперь отъебись, у меня лекция.’

— Мы отвратительны, — сказал Сириус. — Типа, настолько отвратительны. Типа, я хочу блевануть на твой ноутбук, — он разглядывал селфи, Римуса, с его непрошенной счастливой улыбкой, зажмуренными глазами и губами Сириуса на щеке. — Боже, я не вынесу этого. Нам нужно немедленно расстаться, потому что я не могу пережить это. // — Я всегда знал, что я фатален, — сказал Римус со вздохом. Он потянул Сириуса вниз. — Прости, любовь моя. Ничего не поделаешь. Ты влип навсегда.

Джеймс, наконец, добился расположения Лили, однако Сириус крайне не рад романтическим победам товарища. Дружба Мародёров трещит по швам. Кажется, это конец? Ремус устал от этих бесконечных ссор.