Напряжение давило на всех в зале суда, подсудимый улыбался, такое несвойственное поведение заставляло всех почувствовать себя "не в своей тарелке". Судья соглашается на то, что бы виновный огласил свое последнее желание: - Я желаю... Я желаю поиметь вас здесь и сейчас.

AU, где Ризли — мастер пирсинга, который решил преподнести городскому судье весьма нестандартный для его образа жизни подарок.

— Знаешь миф о мальчике, который хотел завоевать солнце? — Шепнул Ризли и, стащив перчатку с правой руки Нёви, опустил его ладонь себе на предплечье. — Так вот эти шрамы на самом деле ожоги, мой принц, и я уже в них по локоть.

— Как ты мог допустить такое? — удивился Судья, играючи рисуя указательным пальцем кровавые узоры. — Недооценил соперника, — Ризли хмыкнул, показывая, что данная тема закрыта и более развернутого ответа Юдексу не видать. Ему не хотелось распаляться на мелочи, описывая, как он был задумчив весь день и проворонил такой простой, но хитрый маневр. И уж тем более хотел умолчать о том, что косвенная причина ранения — сам Нëвиллет.

Проблема Ризли была в том, что он прекрасно распознавал любую ложь, в особенности от близких людей. Поэтому, когда он получил шестое письмо подряд с изменением времени встречи с Нёвиллетом из-за его «загруженности» в суде – Ризли пришел в бешенство. Не потому, что работа разделяла их и встречу, а потому, что Нёвиллет за эти шесть писем наверняка даже не задумался о том, чтобы провести время наедине с собой. А лучше – наедине с собой вместе с Ризли.

Это должен был быть обычный день проведенный за огромной стопкой бумажек, но его решили скрасить интересным занятием. Даже Гидро Архонт не может помешать...

Заметив, как сильно Нёвиллет устает на работе, Ризли решает организовать ему маленький отпуск и за одно признаться в своих чувствах.

Он игрался с огнем, поднося к нему руки вплотную; вожделение судьи — тайна за семью печатями, и сдирать их одна за другой означало опасное приближение к тому, чего, быть может, не следовало узнавать. Но все-таки.

Как они дошли до этого? Почему подобное вообще происходит? Ризли не знает ответ ни на один из вопросов, всплывающих в голове, поэтому лишь продолжает целовать фарфоровую кожу юдекса и трепетно прикасаться к его телу. К такому красивому, желанному, невозможному и чересчур прекрасному телу. Телу, в обладателя которого он влюблен.

Стоило Ризли оказаться в своëм кабинете, как он чуть ссутулился, опустил плечи и убрал с лица дежурную улыбку. Тут можно не притворятся. В планах было завалиться на диван и поспать немного, разобраться со странным кристаллом позже, надо было дать себе отдохнуть. Но пустые, уставшие синие глаза наткнулись на Нëвилетта и тут же вспыхнули живыми искрами.

– Полагаю, мы оба расследуем недавнее дело, верно? У меня было предчувствие, что Вы будете в нём участвовать, – Ризли всё явственнее улыбался, и уголки его глаз окружили мимические морщинки. // Верховный судья Нёвиллет в одиночку отправляется расследовать дело и внезапно натыкается на своего коллегу.

О том, что бывает, если не воспринимать всерьез предупреждения о побочных эффектах, и о удачном стечении обстоятельств.

Фурина не отличалась тихим и кротким нравом. Она привыкла получать все, чего хотела. Однако её бесстрастный юдекс безукоризненно подчиняется правилам. А ещё очень много работает. — Взять его! Юдекс Нёвиллет вы обвиняетесь в нарушение устава об восьмичасовом рабочем дне, — Фурина юрко запрыгнула на стол. — Осторожнее, опасного преступника в крепость Меропид отправляете. Пусть начальник тюрьмы очень-очень внимательно осмотрит его. С пристрастием, так сказать, ха-ха-ха.

Ризли помнил только звук разбившейся вдребезги чашки, выпавшей на пол из его рук, когда он услышал «Покушение» и «Верховный судья» в одном предложении. Он смутно вспоминал, как рявкнул на бедного служащего что-то вроде «Почему я узнаю об этом только сейчас?!» и как выбежал из кабинета, вполуха слушая перепуганные объяснения помчавшегося за ним подчинённого.

«В это время Нёвиллет не обращал внимания ни на ведущего, ни на голоса вокруг. Всё будто стало вдруг совершенно неважным, бессмысленным. Всё, кроме невероятно притягательного существа за железными прутьями. Ещё никогда вампир не испытывал такого волнения, никто и ничто не могло заставить его сердце биться так быстро, что в груди с минуты на минуту должна была появиться дыра.»