Я уже давно не мечтаю о любви с ним до гроба, просто ночь, хотя бы разочек, но нет: «Сынмин, мы же друзья». – Да что ты говоришь Кристофер, друзья? Серьёзно? Боже…

— Тебя не смущает, что я глупый? — мнётся Сынмин. — И... не такой красивый, как... — Я думаю, что знания абстрактны, а красота в глазах смотрящего. Уверен, что Ремарк дуб дубом был в физике, едва мог объяснить, почему вещи не падают на потолок, но разве кто-то считает его глупым из-за этого? — хмыкнул Чан. au, где Сынмин очень неуверенный, а Чан его любит молча, что понять не так уж просто. И Сынмин постарается его понять, ведь Джисон когда-то понял Минхо, а значит, не всё потеряно.

Когда-нибудь они обязательно расскажут своей матери о том, что живут в квартире не потому, что Чан готовит Сынмина к самостоятельной жизни, а потому, что любят друг друга до цветных узоров под закрытыми веками, до дрожи в алых коленях, постоянно покрытых небольшими синяками от еженедельной порки в виде генеральной уборки, до приятных бабочек в животе во время сладких поцелуев, а ещё до Луны и дальше.

Жизнь идет, близятся экзамены. Каждый новый день похож на предыдущий. А потом в класс приходит новенькая и все переворачивается с ног на голову.

Они встретились в один дождливый день.

— Чан! — вскрикнул он и снова замер: на груди у Чана губной помадой было написано: "С выпускным, учитель Ким! Спасибо!"

- Чан-хён, я хочу обнимашек. - Ага, только потом перед камерами не говори, что обнимашки не любишь.

Я же такой урод

В одном прекрасном мире среди вековых гигантов живёт и процветает небольшое племя, в котором должно сменится третье поколение вождей. Но есть у людей одна беда — волки. Стая волков проживает вокруг камней и зелени совсем рядом с племенем, что дрожит от мысли о нападении острозубых тварей и всеми силами пытается их уничтожить. Но волки не жаждут человеческой крови, только мир и гармонию совместной жизни. И они верят, что однажды получат это...

– Я никогда не мечтал переспать с кем-то с работы, – зачитывает Джинён, откладывая телефон, чтобы потянуться за стопкой. – Имеется в виду, с нашей работы. Вместе с ним тянутся Минхо, Чанбин, Марк, несколько девушек и Ким, блять, Сынмин.

– Слушай, – в бой пошел главный аргумент, – сейчас такой период, сам знаешь. Много работы, время ограничено - камбэк уже на носу. Я всюду пытаюсь успеть. – И как? Получается? – Сынмин поджал губы. "Ты знал, что так будет. Знал! Ты заслужил это целиком и полностью, даже если он сложит вещи прямо сейчас, разорвет ваши отношения и уйдет обратно в свою общагу – он будет прав," – прозвучало у Чана в голове.

Огромная ответственность сваливается на него неожиданно, а шею сдавливает отчаяние и вынужденная строгость к самым близким. Теперь он — отважный вожак стаи, смотрящий на Сынмина с преданностью и просьбой остаться и трусливо поджимающий хвост, когда вдруг приходит осознание, что чувства к этому омеге отнюдь не дружеские. Обещание не уходить проникает в самую душу и согревает, позволяя отпустить себя в будущее.

Сынмин просто устал это терпеть. (Ау, где Чан и Сынмин — секс-партнеры, но младший безнадёжно влюблён)

Ким Сынмин учится в корейском университете и состоит в отношениях с Бан Чаном, работающим где-то в далёкой Австралии. Отношения на расстоянии на протяжении нескольких лет - возможно? Новогодняя дискотека - это не только подростки, скачущие под биты диджея, но ещё и прекрасные песни, тёплые объятия и любимые глаза...

Обычно Чан даёт выбор, не настаивает, ищет решения, чтобы было удобно всем. Сейчас он не хочет быть удобным. Сейчас он хочет, чтобы Сынмин спел эту чертову песню от и до как велено!

Зима. Середина второго курса и выпускной курс. Задира и ласковое солнышко. Бан Чан был тем, на кого пытался, но не мог, ровняться каждый, Сынмина сторонились все - парень был острым на язык и за словом никогда в карман не лез. Со всеми общался снисходительно и дерзко. Следы собственничества всегда носил старший, смущённо прикрываясь, Ким же ни разу не пришёл с хоть одним засосом. Крис всегда тихо подсаживался к Мину, но так ли всё понятно? Не стоит забывать: не всё то очевидное, что кажется

С какой стати вообще Ёнкей вздумал, что Ким Сынмина нужно защищать от внешнего мира. Он своего подопечного видел? Это мир надо защищать от Ким Сынмина!

Чан школьник, который влюблен в своего тонсэна. Они никогда не были сильно близки, но всего одного похода на речку было достаточно, чтобы это изменилось.

—Ну же, скажи что любишь меня! Кристофер! —кричит в темноте Сынмин. По щекам струйками текут соленые кристаллики, а руки нервно дрожат. Чан слышит как младший загнанно дышит, чувствует как он в надежде смотрит на него, но он ничего не может сделать с этим. Он может лишь крепко обнимать его сейчас уткнувшись носом в его хрупкое плечо. —Молю, прости меня... —Нет!!!

Чан всю жизнь считал себя гетеросексуалом, пока неожиданно не стал неровно дышать к Сынмину, своему лучшему другу. Ненавистная влюблённость расцветала внутри спелыми и сочными ягодами клубники, забивала нос приторным запахом розовой сладкой ваты и заставляла всё тело трястись. Такая сахарная бомба взрывалась от любого упоминания друга. И Чан до последнего пытался её обезвредить, но ничего не помогало.