Собираясь отправиться в самый холодный регион Тейвата, никогда не жалейте Моры на покупку тёплых вещей. В противном случае, кто знает, к чему может привести такая неосмотрительность и внезапно нагрянувшая буря.

— Ты плачешь? Люмин согласно кивает головой, плотно сжимая губы. — Мне нравится… — вытирая глазки, удушливо всхлипывает она, пытаясь натянуто улыбнуться. — И так от этого стыдно… — Всё хорошо, моя юная леди, — бархатным голосом протягивает Тарталья, касаясь носом её уха. — Запомни: удовольствие, не нарушающее чужих границ, не может быть постыдным.

каждую бессонную ночь Люмин напевала себе под нос одну и ту же песню. однако, в этот вечер некий Фатуи решил, что пришло время поиграть.

процесс игры снова был запущен, но сегодня Чайльд обнаружил, что тонет.

Клянись, клянись, клянись! И клятвы ты держись! А если кто соврет, толкну того на лёд!

Двух вещей хочет настоящий мужчина: опасности и игры. И потому он ищет женщину, как самую опасную игрушку (с) Сборник драбблов, связанных одним сюжетом.

Десять лет назад на границе одного из самых холодных регионов в Тейвате агенты Фатуи обнаружили двух странных детишек: мальчишку, который потерял сознание и лежал на холодной поверхности снега, и девчонку, которая старалась защитить лежащего от холода анемо стихией. Впоследствии внимание Предвестников к ним привлекла не сама ситуация и даже не их одежда, которая отличилась от той, что носят в Снежной, а то, что у девочки, которая использовала анемо стихию — не было глаза Бога.

Неожиданно, перед лицом девушки появилась рука, облеченная в черную перчатку. — Милая леди, не подарите мне один танец? — спросил бархатный голос, что показался Люмин смутно знакомым.

Девять. Девять пушистых, красивых белых хвостов с золотистыми концами, сверкающими не хуже дорогих украшений в волосах Итэра. Кицунэ высшего уровня, проживший много-много лет и удостоившийся чести обладать божественной силой. Возможно, юноша и попытался бы просить у него помощи, отдав свои украшения в качестве подношения, если бы не увидел бурые пятна запёкшейся крови на дорогой ткани под духом. Сбежав от разбойников, напороться на злобного лесного духа. Ужасно. Хуже просто некуда.

Тарталья в первую очередь воин, генерал, слуга своей страны и подданый Царицы. Холодная голова и не менее ледяное сердце — качества, которые он приобрёл тяжелым укрощением собственных принципов. И Тарталья самообладание терял лишь трижды за всю свою жизнь: в первый раз — когда у него погибла вся семья, во второй раз — когда увидел в недружественном Императоре своего истинного, и в третий, финальный раз, когда понял, что от его решения зависит судьба всей страны.

Но почему вообще Итэр вдруг вспомнил о своем незыблемом правиле? Причина сидела прямо рядом с ним. – Честно признаться, я омег терпеть не могу, – доверительно сообщил ему Чайльд. Кажется, он принял Итэра за собрата-альфу.

Итэру поручена непростая агентурная работа, не за бесплатно, конечно же. Какой нормальный парень, в конце концов, решится идти на вражеский фронт в образе девушки? Его цель — предвестник Фатуи Чайльд, который добродушно соглашается на сделку с Итэром, требуя от него ‘особую’ плату. «Так ты всё-таки мужчина? Можно мне потрогать ещё раз?» «Тебе крышка, извращенец»

Его кожа горела, а кровь неистово жгла вены. Он упал на колени и оперся на меч, рукой бесполезно хватаясь за нагрудник. Он не мог привести дыхание в норму. Задыхаясь, он ловил губами воздух и тяжело выдыхал. Ему почти что хотелось смеяться. Кто мог знать, что поражение Пиро элементом подействует на него именно так. ИЛИ Итэр поражен афродизиакальным недугом.

Итэр ненавидит Чайлда, ненавидит и хочет прикончить, Чайлд же использует Путешественника в своих целях. Но искренны ли они в своих желаниях?