Уилл томится на очередном званом ужине, организованном Ганнибалом. Эти вечера кажутся ему бесконечными, но их отношения обязывают его быть здесь. Однажды, изнывая от скуки, он решает внести немного хаоса и пытается спровоцировать ревность Ганнибала, начав флиртовать с одним из гостей. Но его план оборачивается совсем не так, как он предполагал.

Дядя Вова — мудак, играющий с чужими чувствами. Так для себя решает Дима, из раза в раз наблюдая мамины попытки обратить на себя внимание. Или он просто чего-то не понимает? В строгих карих глазах таятся миллионы загадок, решения которых лежат на поверхности. Протяни руку — поймаешь. Что скрывает дядя Вова?

Се Лянь узнаёт об интересных свойствах демонического праха и решает применить новые знания на практике. Ведь как бы Его Высочество это не отрицал, он любит эксперименты в постели.

[Тюремная AU] Уилл и Ганнибал впервые встречаются в тюрьме. Ганнибал — всё ещё Потрошитель, Уилл — профайлер с энцефалитом. Только теперь они сокамерники.

У Франклина есть несколько минут, чтобы подождать окончания перерыва Ганнибала Лектера. Но сможет ли он или жажда знания того, что происходит за дверью кабинета не сумеет сдержать рвущееся любопытство?

Азирафель устал. Он давно в глубине души понимал, что всё-таки всё это было не самой лучшей идеей. Его мир идёт трещинами. Он разочарован в Рае, в своих силах, а главное — в самом себе. Век — это не слишком много, не так ли? Значит ли это, что ещё не поздно вернуться и всё исправить?

— Привет, — сказал Уилл. Он хотел было добавить ещё что-то, хоть что-нибудь, что смогло бы выразить его облегчение по поводу того, что Ганнибал жив, но он просто не знал, что сказать. — Привет, — ответил Ганнибал. Взгляд его прояснился. — Ты очень красив. Какое-то время они просто смотрели друг на друга, а потом Ганнибал склонил голову набок. — Ты мой муж? Уилл открыл рот, потом снова закрыл. Он не знал, что ответить, поэтому просто покачал головой. — Ох, — произнёс Ганнибал. — Жаль.

Уилл множество раз представлял собственную смерть, но шанс стать одним из участников Игр открывал перед ним еще более ужасающие пути гибели. Он не хочет быть разорванной на куски добычей Рэндалла Тира. Он не хочет быть сожжённым заживо Фрэнсисом Долархайдом. Но больше всего он не хочет попасться профессиональному трибуту Ганнибалу Лектеру, предпочитающему заживо пожирать своих жертв. Жаль, что Ганнибал слишком одержим им.

Постапокалипсис. После техногенной катастрофы прогресс во всём мире был отброшен назад. Люди потеряли лидирующее положение в мире, и на них открыли охоту мутировавшие людоеды и загадочные вендиго. Выжившие прячутся в городах за большими стенами, отбиваются остатками оружия и привыкают к новым условиям существования. В этом мире родился ясновидящий Уилл, которого неуклонно влечёт мир за стеной и мрачный охотник, наблюдающий за ним многие годы и делающий его своим пленником...

Шарль Леклер выкладывает фотографию с загадочным мужчиной и как бы невзначай взрывает интернет.

– Подождите, в чем проблема? – спрашивает Оскар, обращаясь ко всей комнате в целом. – Может мне стоит разбудить его и попросить уйти с пути? – Нет! – тут же кричат все. Оскар моргает. – Не делай этого, – наконец говорит Зак, подходя к нему и хлопая по плечу. – Не буди его. Никогда не буди его, если можешь, у него ужасный рефлекс ударять всех по лицу после пробуждения. Или: И все это слишком тяжело для маленького Ландо Норриса, ему просто нужно немного сна.

Уилл нечасто ходит в бары. Ему нечасто нужно, чтобы кто-то отвёз его домой. Но когда он всё-таки напивается, то всегда просит Ганнибала его забрать.

До последнего времени Уилл продолжал давать лекции в Куантико, но в какой-то момент осознал, что его разбитое состояние стало слишком заметным для окружающих: ученики косились на него сочувственно, но, слава богу, ничего не говорили. Из-за статей Фредди каждая собака знала о том, что Грэм упек в террариум Блум и Чилтона своего собственного альфу.

У Ильи раскалывается голова, во рту сухо как в пустыне, но ЧЁРТ, как же этот мужчина горяч. Где-то рядом тревожно пищат приборы, но Илья видит только его. Или: муж Шейна подкатывает к нему, а потом рыдает, узнав, что у Шейна вообще-то есть муж.