Васька вылетел на освещенное место, замер, как зверь под фарами, осмотрелся и вдруг заголосил радостно, бросился вперед… и повис на шее у мужика, который стоял рядом с Игнатом.

...как среди путей трамвайных открывались, закрывались удивительные тайны.

В последние три-четыре месяца Васька вел себя... странно. Вид имел пугливо-извиняющийся, исчезал из дома не сказавшись и, главное, к сексу прежний интерес потерял. Перестал щеголять по квартире в одном кокетливом передничке, не лез к Игнату в душ, чтобы «потереть спинку и не только», не будил утренним минетом, к которому оказалось так легко привыкнуть...

Если бы кто-то спросил Миху, чем этот представитель человечества привлек его внимание, он с ответом совершенно точно затруднился бы и проблеял лишь что-то про кедики в цветочек. И про чистенькую беленькую маечку среди толпы в косухах на ревущих прямотоках. Словно Красная шапочка в белых гольфиках посреди темного леса с волками…

По телевизору ничего путного не показывали, в бар Федот был не ходок... Да и на танцы тоже. Не было у него интереса к потным и пьяным девицам или бабам постарше, которые, в основном, и тусили там. Заложат за воротник (или правильнее будет сказать «зальют в декольте»?), а после выплясывают что-то совершенно дикое, при этом еще и не в такт подвизгивая... И дернуло же поехать на отечественные юга в этот долбаный санаторий Общества озеленения Красного Креста, или как его там?

Влад ведь всегда думал, что если уж и полюбит кого-то, то, наверное, человека такого же склада ума и характера, как он сам. И никогда не верил в эту идиотскую поговорку: «Любовь зла, полюбишь и козла». Козла-то, может, и не полюбишь, а вот Славика – еще как.

Пс, пацан, девушка нужна?.. А парень, парень нужен?

Светлые, чересчур длинные для парня кудряшки, яркий, в пол-лица рот и гомосячья манера одеваться делали из этого чуда-юда потенциальную грушу для битья. У них на районе — точно.

Иван не очень-то разбирался в голубой классификации, но то, что стояло в данный момент перед ним, было хоть и не очень похоже на бабу, но и на мужика тоже явно не тянуло. Глаза яркие, как будто подведённые, губы словно накачанные, но не чересчур (самое то их на своём члене представить), морда лица гладкая и блестящая — точно её чем-то косметическим мажет — красивый, сука! Иван прямо-таки услышал истеричный вопль из своих штанов: «Хоч-у-у! Дайте мне это немедленно!»

Мы с ним дружили с детства. Ну как дружили... Я позволял ему иногда находиться рядом с собой. Когда нам было по пятнадцать, он признался мне, что ему нравятся мужчины и что он очень сильно влюблён в одного парня. Я только пожал плечами на это. Я не был гомофобом и мне было все равно. Было немного странно, что Валька предпочел мужской хрен восхитительной вагине, но не более того. Больше он никогда не говорил об этом.

Спящий Кретовский был каким-то другим. Добрее, что ли? Выражение его лица приобрело какую-то хрупкую нежность, даже беззащитность. Димка машинально потянулся к неудобно болтающейся руке Никиты, чтобы поправить ее. Он даже ухватил Кретовского за тёплые пальцы, но рука вдруг резко рванулась к Димкиному вороту и смяла его.

Замирает в моих руках, и я наконец-то вижу его глаза и огромные расширившиеся зрачки в них. Блять! Я уже видел у него такие глаза однажды. Не контролируя себя, перевожу взгляд на его руки. Новых следов нет, да и вряд ли бы он успел за те пятнадцать минут, что его не было. Мне нужно успокоиться. Он же ничего такого не сделал, правда? Скорей всего, это я по глупости, просто накручиваю себя.

Лужин молча достал телефон и нашел свое объявление на сайте гей-знакомств. Шевцов забрал у него мобильник и, покусывая нижнюю губу и сверкая глазами, стал вслух читать мелкие строчки: - Ищу парня, актива, для серьезных, длительных отношений. Двадцать пять - тридцать лет, русского, чистоплотного, порядочного, спортивного телосложения. Хо-хо! О себе: пассив, двадцать два года, высокий, стройный, симпатичный.

Любовь это когда люди не могут друг без друга. Это когда сроднились, а не потому что хотелка заиграла. Я сроднился. Давно сроднился. А у него чë? Хотелка, типа? Блять, ну нет. Это же Саня. Саня нормальный. Не разменивается только на трах. Зовёт меня всегда так ласково, тепло. Хер знает, короче, чë у него.

Что может свести двоих парней, у которых нет ничего общего, как не традиционная студенческая игра развлекательно-эротической направленности?

Мы стояли посреди территории завода. Он обнимал меня, а я – пакет с хлебобулочными изделиями, что втиснулся меж наших тел. История одного лета, большой любви и моей юношеской глупости.

Чел с рыбами. Он же Фишер. Он же Рыбачок. Он же Арт. Он же Тёмыч. Он же ас. Он же просто тот, без которого счастья нет.

Килька (шпрот) - мелкая рыбешка, можно включать в рацион кошачьих, лишь бы косточкой не подавились. Кот любит кильку, но та, блин, юркая, еще поймать нужно.

- Кирилл? - негромко спрашиваю я. - Почему Кирилл? Боже, если смотреть такими глазами во время минета - я сразу кончу. - Потому что меня так зовут, - пожимает плечами она, и, для пущей убедительности, раздвигает ноги и кладет мою ладонь между ними. Однозначно - Кирилл, думаю я, ощущая твердую выпуклость на шортах и охуевая повторно.

— Что ж, выглядит неплохо, — вынесли вердикт Брови, изучив его пальцы под разными углами. — Проблем почти нет, ногти крепкие. Сейчас обработаем кутикулу и... — Чего? — просипел Рома. — Кутикого обработаем?