— Это твои дороги? — спрашивает Чонгук, не разрывая зрительного контакта с омегой. — Почему мне с друзьями нельзя остаться? — Тэхён не меняется в лице, начиная раздражать. Альфа исчерпал свой лимит обаяния. — Давай прокатимся, если я выиграю, то мы останемся? — Чонгук ожидал чего угодно, но не удара в лицо.

— Что, не нравится тема смерти? Боишься ее. Я твой страх как свой ощущаю. Вроде сам отбираешь чужие жизни, вообще не паришься об этом, а за свою обоссаться от страха готов. Ты как я, но я смерти никогда не боялся, — шепчет Чонгук. — Даже больше: я уже умирал. Это весело, знаешь.

— почему его называют Гуго? — насколько я знаю, под этим прозвищем он прославился как боец. Отсюда и пошло. Не имею понятия, что это значит.

— Слушай, я — волк-одиночка. И мне не нужна пара. — А я тебя и не спрашивал. И Тэхён рад бы нос откусить этому самовлюблённому альфе, да вот только почему-то не может.

Чонгуку хочется наказать Тэхена, чтобы тот больше никогда не смел совать свой прекрасный нос в чужие банковские счета.

Чонгук ожидал чего угодно от похода в тёмный и пугающий лес ночью, но точно не встречи с лесным дикарём.

Чон Чонгук считает, что омегам не место в военной академии. Ровно до тех пор, пока на место преподавателя по боевым искусствам не приходит омега Ким Тэхён...

Они слишком далеко от Игнисаквы. Они слишком далеко от всех королевств. Короли, затерявшиеся посередине Великого океана, на одном из тысяч мелких островов, оказались отрезаны от всего мира.

На другой стороне обрыва стоит волк. Черный, могущественный, красивый. Такой уже родной, но совсем незнакомый. Смогут ли они стоять на одной земле? Или всю жизнь так и останутся на стороне своей стаи?

- Твой божественный сын умрёт от укуса змеи. - Значит я его заточу в замке, словно в гробнице

— Разве вам это будет выгодно? — Тэ хмурится, но взгляд не отводит. — Это будет выгодно всем. Не в твоём положении от такого сотрудничества отказываться, но если ты всё же решишь, что тебе это не нужно, никто принуждать не будет, — альфа делает глубокий вдох. — Однако предупреждаю: согласишься — и пути обратно у тебя не будет. Шаг вправо, шаг влево… Я узнаю об этом в тот же момент.

— Чтобы обратить на себя внимание, не стоило тебе так геройствовать, — со всей жестокостью терзает тело своего молодого супруга глава клана Мин, не придавая значение слезам, поблескивающим в уголках глаз омеги. AU: История, в которой Юнги уверен, что омеги подлые и обладают низменными желаниями с рождения. Но нужен тот, кто землям Эмеральд наследника подарит и ему на троне удержаться позволит.

Мин Тэхён — чистое бедствие. Но он же не виноват в том, что постоянно влезает в неприятности! За что тогда отправлять его учиться в школу для простолюдинов?! Да ещё и в школу, где преподавателем боевых искусств будет сам Ким Чонгук. Тот, кто когда-то отверг его чувства. Чувства младшего наследника земель Эмеральд!

au, где Чонгук совсем (не) случайно узнаёт, что неприступный Ким Тэхён - его любимая вебкам-модель.

— Предлагаю проехаться, скажем, кругов пять. Только ты и я. Никаких правил, никаких запретов. В духе стритрейсинга — победа любой ценой. У меня будет только одна просьба — не расшибись. Никому не охота отвечать потом за твою задницу. Да и байк восстанавливать после аварии слишком долго, — ехидничает тренер. — Типа, хотите проучить меня, как нашкодившего котенка? Показать, кто тут папка? — фыркает Чонгук. — Типа, хочу показать, что не ты один умеешь выпендриваться

Ли Юншэн — самый завидный жених-лис. Тэхёну несказанно повезло, что он стал избранником этого альфы. Но в самый разгар церемонии его похищают прямо у алтаря, не дав и шанса на сопротивление. Вожак волков, с которыми они враждуют, возжелал себе в коллекцию наложников чёрно-рыжего лиса. Тэхён же не намерен мириться с такой участью и готов сражаться за свою свободу! Правда... Почему-то думать о побеге и не замечать трепетно стучащего сердца рядом с чёрным волком совсем не получается...

Чонгук с рождения обречён следовать религиозному пути, строго начертанному родителями. Однако с каждым годом его тёмные мысли и желания всё сильнее рвутся наружу, заставляя отступить от веры. Во время поездки в монастырь он сталкивается с древним демоном, заточённым в статую, и тот открывает перед ним всю прелесть и сладость греха в обмен на одну рискованную услугу.

Хочется сейчас сжать эту шею и завалить Тэхёна на стол, прижать к нему лопатками и придавить сверху всем телом. Заставить, сука, пожалеть о каждом сказанном слове, которые с цепи срывают все чувства и инстинкты, а терпение не железное. А еще до безумия не хватает этого сладкого сливочного аромата на себе, и от мыслей, что его мог вдыхать кто-то другой и быть так близко, хочется что-то разъебать. — Не забудь, завтра в десять мы разводимся. — Разве я могу забыть об этом? — усмехается Чонгук.

— Вытряс бы, да? — Чонгук толкнулся языком в щеку, вызывающе глядя на Тэхёна. — А может, вытрахаешь, м? Как насчет того, чтобы нагнуть меня прямо на этом капоте, — качнув головой в сторону черного внедорожника, на котором Тэхён за ним приехал. — Хватит силенок оттрахать меня как следует, а? Так, чтобы я хныкал и клялся, что стану послушным мальчиком? Или любовник из тебя такой же посредственный, как и телохранитель?

Чонгук сооружает для себя гнездо из вещей Тэхёна и умащивается в самом центре, вдыхая родной запах амбры. Тэхён пахнет как настоящий альфа. Тэхён пахнет как кто-то, с кем можно быть собой, не бояться быть уязвимым или слабым, кому можно довериться и с кем можно… просто быть. Так глупо. Чонгук делает себе только хуже, думая о Тэхёне, как о своей паре, потому что это невозможно.