Во время игры в кости с Хуа Чэном Се Лянь ставит на кон не маньтоу, а себя.

— Ваше Высочество… — не так часто можно было увидеть, что Хуа Чен не в состоянии подобрать слова. — Если ты хоть немного сомневаешься, если боишься или испытываешь неприязнь — просто… скажи мне. Я всё приму. Единственное моё желание — служить тебе, своему обожаемому божеству. Единственное, к чему я стремлюсь — сделать тебя счастливым… — слова срывались с губ обрывками, а руки продолжали беспорядочно ласкать плечи возлюбленного, будто бы до всего вышесказанного им не было абсолютно никакого дела.

Приближается День рождения Хуа Чэна и Се Лянь мучается, не зная, что ему подарить. Кто мог подумать, что случайная встреча на рынке не только подаст ему идеи, но и поможет устроить для супруга лучший праздник, какой только можно представить.

Се Ляню нравилось просыпаться в его объятиях, а Хуа Чэну нравилось засыпать рядом с ним. Но сегодня он вернулся поздно, позже обычного, и Се Лянь уже успел уснуть, вымотавшись после работы в деревне. Хуа Чэн укрыл его, зажёг свечу, сел рядом — и просто не смог отвести от него взгляда.

Что делать, если твой Гэгэ вернулся с утомительной работы на полях усталым и с болью во всем теле? Конечно же приготовить горячую ванну и сделать приятный расслабляющий массаж!

За Се Лянем заметны кое-какие странности. Он наотрез отказывается это обсуждать, а Хуа Чэн пытается добраться до истины. Он в любом случае узнает, какие необычные желания мучают принца по ночам...

— У меня есть одна просьба... — шепнул Хуа Чэн, отпрянув и облизав мочку уха юноши. — Я тебя слушаю, — произнёс Се Лянь, смутившись. — Свяжи меня... гэгэ... — от такого, столь соблазнительного шепота по коже Се Ляня пробежали мурашки.

Хуа Чэн довёл своим литературным талантом тридцать четыре Небожителя. Тридцать три — до полного уничтожения их репутации и самооценки, и лишь одного — до краснеющих кончиков ушей и жара в теле.

Близится день рождения Сань Лана, а у Се Ляня нет никаких идей для подарка. В конце концов, он решает преподнести в дар... себя!

Честно говоря, Се Лянь был в замешательстве. Он предполагал, что будет настойчиво лишён невинности, как только Хуа Чэн снова воплотится в этом мире. Но почему-то его возлюбленный медлил...

Хуа Чэн занимается каллиграфией на теле возлюбленного Бога.

Хуа Чэн и Се Лянь заняты исполнением супружеского долга, а на Небесах в это самое время происходит очередной скандал. Им следует что-то предпринять, но страсть между ними погасить невозможно...

Се Лянь с Хуа Чэном решают воспользоваться «услугами» демона, пожирающего воспоминания, чтобы додать Умину немного любви.

Первая брачная ночь... Что может быть важнее и интимнее этого момента для пары влюблённых? Конечно же ничего, а потому приподнимем алый полог, чтобы одним глазком взглянуть на это важное событие в жизни Се Ляня и Хуа Чэна.

Хуа Чэн терпеливо ждал подходящего момента для ласк и поцелуев. Он готов сделать все, чтобы гэгэ был счастлив, и уберечь его от забот и волнений. Мечта Короля Демонов наконец-то сбылась, но почему за его улыбкой прячется тревога? У Се Ляня после потери Сань Лана на горе Тунлу не осталось больше терпения. Он отчаянно боялся снова остаться один, но Хуа Чэн вернулся к нему. Ему лишь необходимо рассказать один секрет своему мужу без стыдливого румянца на щеках...

На вершине горы Тайцаншань Бог и Призрак наконец-то вступают в брак наедине. И так начинается остаток их блаженной вечности вместе. (Фик о свадьбе в ХуаЛяней, соответствующий канонам, включая их первый раз!)

Се Ляню всучили неизвестное зелье и сказали, чтобы он попробовал его на себе. Торговец уверяет, что Градоначальнику Хуа понравится эффект зелья на принце. Но что будет, если это таинственное снадобье по ошибке выпьет сам Хуа Чэн? Чем обернется это для принца? И какая же любовь Непревзойденного, увеличенная в тысячу раз? Не сломает ли он свое божество? Сможет ли остановиться?

Се Лянь не планировал торопить события в их с Сань Ланом личной жизни, но случаются и непредвиденные ситуации. Например, неопознанные демоны-юноши, находящиеся слишком близко к Хуа Чэну.

Се Лянь целует то, что Хуа Чэн ненавидит больше всего – его пустующую глазницу. Хуа Чэн осознает, что обладание Се Лянем – его самая огромная удача.

Хуа Чэн слегка ревнует