Хуа Чэн снова решает проблемы призрачного города, оставляя Се Ляня одного в резиденции. Кажется, ему стало настолько скучно, что в голову стали лезть мысли разного характера..

Новый год Хуаляней. Вопросы?

В одном небольшом городе расположилось казино. Оно не отличалось гигантскими размерами или особой роскошью интерьера, но, несмотря на это, далеко не каждый мог войти в него, не говоря уже про то, чтобы сделать ставку. Только лучшие из лучших были удостоены чести переступить порог заведения и лицезреть Бога и Дьявола, которые правили этим местом. Представляю Вашему вниманию АУ в котором Хуа Чэн и Се Лянь играют с людьми, принимая в качестве ставки только одно - жизнь.

Что же произошло в храме Тысячи фонарей, когда открылась гора Тунлу? Моя альтернативная версия.

Се Лянь по совету Ши Цинсюаня идёт покупать чулки.

Помните прекрасные и горячие экстры в "Магистре дьявольского культа" под названием "Курильница для благовоний"? Так вот, этот достопочтенный автор немного покумекал и решил представить, что было бы, если эта забавная вещица попала в руки счастливой парочке из "Благословения небожителей". Что видит Се Лянь, когда закрывает свои прекрасные глаза; что же такого интересного прячет в своих снах Хуа Чэн? Хотите узнать? Что же, давайте же вдохнем ароматный дым и последуем за нашими героями.

Что делать, если ученик всеми силами старается увильнуть от урока каллиграфии? Конечно, пообещать после выполнить любое его желание... и пусть методы Его Высочество наследного принца странные, зато действенные!

Се Лянь уже не знает, как намекнуть своему парню, что в постели с ним можно быть немного... пожёстче.

В отношениях главное – это доверие. Именно это и демонстрирует Се Лянь, когда нанимает молодую домработницу, которая вынуждена пять дней в неделю проводить время наедине с его парнем. Хуа Чэн не возражает против нее. Но это только первые три дня. (с) ChengH

- Гэгэ, пожалуйста, не ешь ничего, что тебе предлагают на улицах, я очень тебя прошу. Голос Хуа Чэна был мягок, но строг и Се Лянь виновато улыбнулся. Он ведь правда хотел как лучше и съел ту сладость вполне с определенной целью, от которой Хуа Чэн точно был бы в восторге. Но кто же знал, что все так обернется…

Урок каллиграфии, где Бог Войны пытается противостоять чарам Непревзойденного Демона

Се Лянь ничего не знал о том, как проявляется его сторона омеги. Особенности его метода культивации долгое время влияли на тело, поэтому для него и Хуа Чэна наступление течки стало неожиданностью.

Вэй Усянь случайно призывает Хуа Чэна в разгар «Аннигиляции Солнца». Что произошло бы, если бы Хуа Чэн заступился за него? *** — Это что-то новенькое? Песня, которую ты играл? Вэй Усянь немедленно повернулся в сторону, откуда доносился голос, и осмотрел его обладателя. *** Эта история описывает отношения между Хуа Чэном и Вэй Усянем. В этой вселенной Се Ляня не существует.

Как же было приятно после тяжёлого дня завалиться в постель и утонуть в объятьях. Особенно после того, как прямо во время стрима ему отсосали.

Старейшина Илин, Вэй Усянь мертв! - радостно кричали заклинатели, уходя с Луаньцзан. Что вы натворили?! Вы создали пятое бедствие! - с ужасом кричали небожители, пытаясь добиться аудиенции с Цзюнь У, решая этот вопрос. Спасибо вам, теперь у нас есть брат. - спокойно говорили остальные четыре бедствия, наблюдая за хаосом во всех трех мирах. Я ненавижу их. Всех, кроме моих братьев, четырех бедствий. Я - пятое бедствие, Вэй Усянь! - гордо говорил виновник происходящего.

У них за плечами несколько лет глупого избегания, страха быть отвергнутыми и неловких касаний. Хуа Чэн думает, каким же идиотом был эти несколько лет, сжимая чужое тело в объятиях. Вэй Ин думает, что должен был поцеловать его ещё в их первую встречу. Потому что вот так засыпать в объятиях любимого это всё, о чем он мечтал.

То, насколько бережно и заботливо относится Собиратель Цветов к Вэй Усяню, каждый раз вызывало легкую сладкую боль в сердце у последнего и все ещё капельку неверия, что это происходит именно с ним. И все-таки, вот она реальность. Самая светлая и чудесная часть реальности за все время его существования. Когда в последний раз Вэй Ин мог позволить себе искреннюю, не натянутую улыбку до встречи со своим драгоценным супругом? Давно, слишком давно. То что всему этому предшествовало...

В последней отчаянной попытке выжить Вэй Ин мажет своими окровавленными пальцами по земле, чертя древнее запретное магическое поле. Открывается щель, и он проваливается прямо в неё, навсегда исчезая из мира. В этот день Старейшина Илин «умирает»… в результате собственного безумия. *** — Какой будет Ваша ставка? — спрашивает крупье. — Моя жизнь, — отвечает он. Он и так уже увядает. — Нет. Что-нибудь другое. И Вэй Ин выпаливает первое, что приходит ему в голову: — Тогда, мой первый раз.

Судьба – это не нить, которую ткут боги. Это ткань, которую мы сами безжалостно рвем, пытаясь перешить под себя. И когда она расползается по швам, винить некого, кроме собственной слепоты.

Вопреки ожиданиям, Вэй Ин не умер, а вознесся в качестве нового бога. Бога мертвых. Бога, который не обладает и крупицей духовной энергии, не имеет сторонников, но вечно влипает в неприятности, наравне с таким же невезучим наследным принцем Се Лянем. Теперь на небесах ходит шутка о Четырёх великих бедствиях, Трех небесных опухолях, Двух бедных неудачниках и одном Владыке, которому предстоит разгребать их деяния.