Уйдя в лес, Чимин был готов встретить смерть, но встретил того, о ком рассказывали сказки в детстве — сына самой Зимы.

– Прошлогодний вылет бородатого не увенчался успехом, - тяжело дыша, Тэхён ухватился руками за борт. – Ты о чём? – Гуки, этот хрен потерял три оленя, и его эльф выпал из саней где-то на границе с Мексикой. Или история о том, как Чонгук стал заложником Рождества.

– Пожалуйста, спаси меня. Я больше не могу... AU! Чонгук – личный телохранитель Ким Тэхёна.

— Ты топ или боттом, Чонгук? — сказано было таким потрясающе низким голосом, что он с трудом понял суть вопроса. — Топ, — ответил, задницей чуя подвох. — Прямо стопроцентный? — Конечно! — Тогда у нас проблема, моя сладость, — проворковал Тэхён. — Потому что я тоже.

Чонгук вроде как живой, теплый, заботливый и любящий Тэхена всем сердцем. Но только тот клянется в любви бездушному куску железа и радуется, когда тот, оглушительно ревя мотором, отвечает взаимностью.

Когда день проходит не так, как планировалось — это неплохо. Особенно, когда это день рождения любимого.

История о переезде Тэхёна в новую квартиру, загадочном соседе с телом Аполлона и самой главной ночи исполнения желаний в году.

— ты очень удивишься, когда узнаешь, сколько всего я могу ради тебя сделать, чонгук.

— давай, маленький кровожадный жрец, повтори, что ты говорил, когда молил меня о снисхождении. тэхён скалится, пытаясь заглушить голод, снова наполняющий нутро жидким огнём. — какие проклятия ты шептал, когда он брал тебя против твоей воли?

— все игры хороши в меру, птичка, а наша с тобой немного затянулась.

бывший муж даже в ранние годы так умело удовлетворить чонгука не мог, а тут какой-то итальянец… недоделанный.

— может, тогда выберешь мне шлюху похожую на тебя, гук-а? — говорит омега шёпотом, от которого у чонгука по спине снова бегут колючие мурашки. подтекст этого вопроса отчего-то слишком сильно шокирует и волнует его, вынуждая чувствовать себя явно незащищённым и уязвимым, будто его босс в открытую заявляет на него свои права. — я устал трахать их всех сзади и представлять под собой тебя.

у тэхёна теперь есть своё черноглазое сокровище.

забота в стиле братьев ким.

— Тебя что-то смущает? — правитель вздергивает вопросительно бровь. — Но ведь… разве полагается… Я не омега. — Я заметил, — усмехается тот. — А я — император. И выбора у тебя не так много. — То есть, Вы хотите сказать… — Я хочу сказать, — перебивает его Тэхён, внезапно выдавая раздражение, — что если император чего-то хочет, то он это получит. Без вариантов. Ты остаешься со мной. Привыкай.

Когда Джош вышвырнул Тэхёна из машины посреди дороги в тряпичных кедах и в симпатичном красном берете, он подумал, что этот вечер уже ничем не удивит. Но Чонгук, подобравший его с обочины с сосулькой вместо носа и онемевшими конечностями, оказался удивительнее удивительного. Он дал Тэхёну шерстяной плед с тонким отголоском запаха машинного масла, от которого на кончике носа осталась катышка, напоил горячим чаем и беззастенчиво попросил стать его временным парнем на это Рождество.

Об омеге в красном плаще и одном генерале, который пошел против всего мира ради своего супруга.

Они — разбитые дети улиц. Они — закупоренное в бутылке отчаяние. Они — закон.

Чонгук застыл, пугающе ясно осознавая, что не сдаст этот экзамен. А значит, вылетит из третьего по счету университета, уедет из Сеула и будет въябывать официантом в каком-то из ресторанов отца. Или посудомойщиком. Или уборщиком. Потому что его преподавателем философии оказался тот самый выскочка в пальто, которого он ударил у клуба две недели назад… А потом предложил отсосать… — Бля! — вырвалось у Чонгука. — Вот я влип…

AU, где Чонгук на почве ревности отправляет мужу траурный венок с запиской: «Покойся с миром, любовь моя!»