За его зад отребье со всех частей Пентограммы готовы были платить немыслимые деньги. Порнуха с его участием била все рейтинги. Он был не просто порнозвездой. Он был самой лучшей Порно-Шлюшкой в этом Дне. И как же эту лучшую Порно-Шлюшку раздражала эта резкая забота и нежность? Зачем? Нахуя вся эта романтика и мишура.

После событий 4-го эпизода, Хаск понял, что не так уж он и ненавидит этого, казалось бы, фальшивого идиота, а Энджел понял, что ему необязательно притворяться кем-то с Хаском. Они оба лузеры, а лузеры должны держаться вместе, не так ли?

Его руки мягко направляют подрагивающие лапы Хаска чуть ниже талии, туда, где они ещё не были. У Энджела много опыта и он знает, что такая позиция будет чертовски удобной — она хорошо ему знакома. Сердце отчего-то сжимается и Даст утыкается подбородком в чужое плечо, чтобы тень на его лице не заметили.

После каждых съемок Энджел избегал прикосновений. Любых. Кроме прикосновений Хаска.

Для Энджела странно осознавать, что кто-то не хочет только его тело, а хочет всего его, без пошлостей и лишних действий. Не только оболочку, к которой он давно испытывает лишь отвращение, а настоящего Энджела Даста

Энджел всегда стоил дорого. Он знал всё о том, чтобы доставить другому удовольствие. За одну ночь с ним демоны были готовы отдать целые состояния. Дорогая сука Валентино. Каждый в этом дьявольском месте знал, что Энджел Даст может сделать всё, что захочет его партнёр. Абсолютно всё. Так отчего же Хаск из раза в раз кривил свой кошачий нос, отказываясь от дорогого удовольствия? - Сладкий, я сделаю всё, что захочешь.

Совместное пение около бара и изливание душ - отличный повод стать ближе, не так ли?

Энджел всегда знает, чего хочет. Или думает, что знает — но Валентино знает точно.

«Я люблю тебя» — это ведь намного серьёзнее, чем «Ты мне нравишься». Хаск так и не разобрался, готов ли сделать этот шаг. Хочет ли он оставить всё на том же уровне и быть «вечными друзьями»? Или может, объявить друг другу о начале полноценных отношений всё-таки не обернётся для них очередным примером в копилке дерьмовых жизненных решений? Хаск не знал, а Энджел не настолько философ. // Канон толком не показал нам развитие отношений ХаскерДастов, так давайте восполним этот недостаток сами.

Энтони стоит в душе и пытается смыть с себя Энжела Даста. Он грязный и мерзкий, он обдолбанный и заплаканный. Он пока не знает, что ему делать дальше, но сейчас рядом Хаск. Хаск поможет отмыться от всей грязи, Хаск укроет своим крылом, Хаск увидит в его глазах что-то родное и поможет, Хаск вернет Энтони его имя.

Розовая вехотка остервенело проходится везде, где паучьи лапы в силах достать. Она плечи трёт до покраснений, ноги намывает до зуда, пытаясь содрать толстый слой липкости, давно укоренившийся под мехом на бёдрах. Энджел жмурится в слепой надежде, что просто отключится, лишь бы не задыхаться сейчас под кипятком в своей маленькой простой ванне. Лишь бы просто не чувствовать на теле одну сплошную грязь-грязь-грязь.

Энджел настолько привык обслуживать других, что забыл, что тоже имеет право на удовольствие. Хаск напоминает ему об этом.

— Энджел. Порядок? — Клянусь, – возможно даже слишком нетерпеливо, но уже более уверенно и с морщинками улыбки под глазами. И взглядом, обращенным Хаску в душу, словно вся вселенная собралась в точке у него за ресницами. Настоящим. Таким настоящим, которого Хаск от него и хотел всё это время. И всё продолжилось, как к тому и шло.