Причина, по которой Вокс всей душой ненавидел розовый дым Валентино, была простой - у него слишком бурная фантазия для этого дерьма.

Валентино иногда бросает испанские фразочки в разговоре, чем сильно раздражает Вокса, ведь тот совершенно не знает этого языка, а между тем сутенёр пользуется этим для выражения своих чувств, виртуозно маскируя милые комплименты под пошлые угрозы.

Из-за шалости Вельвет Валентино становится сентиментальным романтиком. От этого может пострадать его репутация. И Вокс тоже.

— Ого, Вэл! Так вот что ты имел в виду, когда сказал, что дашь мне специальный материал для изучения, — Вельвет расплылась в похотливой улыбке, наблюдая, как яро меняется выражение лица на мониторе. Воксу явно не понравилось то, что задумали эти двое.

— Бля, Вал, не будь таким мудаком!.. — недовольно зашипел Повелитель СМИ. — Тише, Вокси. Ты ведь сам сказал, что не против грубостей, — издевательски усмехнулся мужчина. — Накачать меня афродизиаком, трахнуть, а потом не дать кончить это не грубость, а самое настоящее свинство! — уже начал рычать телеголовый, продолжая разрывать мебель и задыхаться от перевозбуждения без возможности кончить.

Разве мог Вэл хотя бы пару дней продержаться без скандалов? О, нет.

Вокс мог быть кем угодно. Бизнес-партнером. Игрушкой для развлечения. Живым успокоительным. Нужен совет или дружеское плечо? Всегда пожалуйста, главный шоумен всего круга Гордыни к вашим услугам. Точнее – к услугам гребаного Валентино. Но терпение у него тоже не вечное.

Воксу никогда не нравилось, когда его игнорируют, но он всегда любил свою вседозволенность в эти моменты. Стоило только лишиться чужого осуждения, взгляд сразу падал на очерченные резкими линиями бедра и выпирающие кости у основания нижней пары рук. Он был бы готов восхищаться чужим телом вечно, если бы не собственные мысли, то и дело возникающие в голове четким и подробным видеорядом.

Валентино часто хмурится. Даже во сне, и это неимоверно напрягает Вокса.

Вокс и Энджел Даст — совершенно разные. Но кое в чём — до смешного похожи.

На первом месте у него всегда Вокс.

- Просто не хочу, чтобы ты обманывал себя, - улыбнулся Аластор вполне дружелюбно. - Ты являешься по первому моему зову, без вопросов ложишься под меня, покрываешь... Мне продолжать? Разве не ты сам вручил себя мне? Вокс убрал одну ногу с другой и наклонился корпусом вперед, тихо выдохнув в самое лицо ублюдку: - А по-моему, мы просто эпизодически трахаемся.

На самом деле утренняя рутина трио оверлордов ничего особенного в себя не включает.

— Мы убили кого-то, кто сильно отпирался, или поебались вчера? — задает он вопрос с самым очевидным и однозначным ответом во вселенной. Валентино хрипло смеется над ухом.

Люцифер Утренняя Звезда — седьмой по счёту серафим, самый слабый и ещё не нашедший в себе никаких умений, полезных для райского уголка Эдема. Он побоялся даже показаться на глаза Первым людям, ниспосланным на землю обетованную самим Создателем, но по собственной неуклюжести оказался замечен Первой женщиной — Лилит, и именно им, седьмым и самым слабым серафимом, она и заинтересовалась. Так ли всё хорошо в Эдеме, если Люцифер — единственный, кому она может доверять?

Адам любит истребление, ребрышки в соусе и секс по выходным. Адам ненавидит, когда трогают то, что принадлежит ему.