Мы любим тебя, Джон, мы оба.

Путь к сердцу Майкрофта лежит через заботу. Джон считает правильным заботиться о том, кто помог им с Шерлоком в трудную минуту. Как результат - два Холмса прониклись одним Ватсоном, а тому оказались дороги они оба, и никому не хотелось разбивать сердце.

У Джона не раз возникали мысли просто смотаться куда-нибудь на курорт — отдохнуть и полечить нервы, — но он никогда не доводил эти желания до реализации. Оставлять омег тогда, когда они жаждали его власти больше всего на свете и нуждались в нём сильнее, чем в себе, было бы весьма жестоко. Он любил властвовать над омегами, и раз в год приходилось нести это бремя. Бремя течки, которую и Холмсы, и он сам называли не иначе, как "проклятие".

Что хуже: когда на твоём плече появляется набор слов, который никто в здравом уме произносить не будет, или когда фразу своего будущего соулмейта ты слышишь по сто раз на дню от самых разных людей? А может, когда в твою надпись вкладывают совершенно не тот смысл?..

Первый Поцелуй называют Белым, потому что он оставляет тонкую белую линию на безымянном пальце - разумеется, только в том случае, если Высшие силы решат, что у пары есть будущее. Третий Поцелуй - Золотой. Но далеко не все пары способны обрести золотой след на руках, потому что есть Второй Поцелуй, Красный...

Джону Уотсону повезло. У него не было запаха. Он был самой обычной здоровой омегой, но ничем не пах. У него точно так же были течки раз в два месяца, но, правда, даже с препаратами, когда у обычной омеги течка длилась два-три дня, у него она была все пять-шесть. Как бонус, ему ни на стену лезть не хотелось, ни доводящей до безумия потребности в партнёре не было. Он мог выносить ребенка даже. Полностью здоровая омега. Только не имеет запаха и соответствующего внешнего вида. Бета, ей-богу.

Доктор никогда не считал себя суеверным, но взгляд в спину он ощущал на уровне рефлексов. Так смотрит тот, кто жаждет лишь крови. Для кого убивать, единственная возможная форма существования. Недавно счастливая улыбка померкла, тенью оседая где-то в уголках губ. Джон весь подобрался, готовясь достойно встретить опасность.

Простите, я этого не заказывал. - Джон ошарашено смотрит на тарелку. -Да, это Ваш друг заказал для Вас. Сказал, чтобы вы не забывали о деньгах и еде вне войны. -Вы, должно быть, ошиблись. Я здесь один. И откуда он... -Да вот же, мужчина в чёрном костюме, - официантка разворачивается назад - он заказал... Однако за её спиной лишь пустой стул. Отставной военный вполне смиряется с перспективой никогда не узнать, что это за странный мужчина в костюме, но у вселенной другое мнение на этот счёт.

По заявке: "Джон - ассассин. Его прозвище заставляет крутых мафиози заикаться, дрожать от страха и заглядывать под кровать и в шкафы перед сном в ужасе. Он воспитал едва ли не поколение высококлассных наёмников."

Джон завязал с наемничеством. Он думает, что у него началась новая жизнь, но прошлое не собирается отпускать его так просто.

Нельзя подобрать на улице подростка, как котёнка. Джон это знает. Рассудком знает. Но сердце мудрее.

Все началось с ошибки: и новая жизнь в новом мире, и удивительно успешная карьера в качестве медиума.

У Джона скоро течка, его парень ведет себя по-свински, а тут еще и сон о счастливом прошлом.

- Я разлюбил тебя, - говорит Шерлок. - Ясно, - отвечает Джон. - Я перенесу твои вещи обратно в твою спальню, пока ты будешь на работе. - Хорошо, - отвечает Джон, направляясь к двери. - Увидимся, когда я приду домой. Джон больше не вернулся домой...

- Ты слишком… - доктор колебался. Шерлок резко отдёрнул руку от лица Джона. - Странный? Сложный? Опасный? – выпалил Шерлок, отмахиваясь от руки Ватсона и делая быстрый шаг назад. – Я пугаю тебя, Джон? Я тебе противен? - Молод, - выдохнул он, облизав губы, но горло так и оставалось пересохшим. – Ты слишком молод.

Шерлок и Джим опять играют, Себастьян и Джон отчаялись вернуть их "в действительность". Попытка найти тех, кто это сделает, приводит к неожиданным результатам.