— Я… — Дазай делает паузу, и Ода уверен, что дело не в том, что тот подбирает слова. Просто он звучит так, словно вот-вот заплачет, и это режет сердце больнее ножа. Или так же. Ножом. Тупым и ржавым, — Не мог бы ты позволить обнять тебя? Я не против, если ты в этот момент упрешься пистолетом мне в висок, или что-то вроде, но... — но? — Ты умер на моих руках. И, может, умереть в твоих было бы не больно.

Дазай был тем, кто приручил его. Тем, кто всех их приручил. Но догадывался ли он сам об этом? Этот капризный, шумный, и отчаянно одинокий ребенок.

его «ничто» после секса курит в постели, нахально игнорируя все запреты, и бесстыдно смеётся над словом «совесть».

Дети Одасаку решают, достоин ли Дазай встречаться с их отцом.

Это был день, когда Дазай появился у его двери с малиновыми бинтами вместо белых. Это был день, когда Ода понял, что больше не может игнорировать боль мальчика. — Принес тебе карри, — легкомысленно произносит Дазай, слегка хрипло, и входит внутрь, шурша пластиковым пакетом в руке. Конечно, внезапное появление гостя застало Оду врасплох, но дело не только в этом. Дазай никогда так не поступал. Он не появлялся у него с кровью. А именно сейчас... она сочится сквозь его бинты.

Даже прочитав сценарий тысячу раз, в конце нас ждёт лишь пустота. Неизбежная клишированная ситуация, через которую нам приходится проходить снова и снова.

дазаю жарко. воздуха не хватает и он жадно втягивает его ртом. раскаленный кислород обжигает его изнутри. жарко. ладони одасаку на его бедрах жгут каленым железом, впиваются в кожу, оставляя цветистые синяки.

Сборник флаффных драбблов по одазаям, чтобы хоть где-то у них все было хорошо.

Дазай теряет Оду. Уходит из Мафии и занимается "добрыми делами". ВДА накрывает лабораторию, где ставятся эксперименты над детьми, искусственно создавая эсперов. В итоге каждому ребёнку приставили куратора из Агентства. Да, Дазаю достался нахальный самый старший подросток с пометкой "опасно для жизни"

Вся его жизнь была сосредоточением слова «невозможно». Ему всегда казалось, да и были подтверждения, что смерть для него пройдёт также - невозможно.

Момент, когда Дазай смотрел на Оду, и момент, когда Дазай понимал, что такое жить - один и тот же момент. Ai shiteru, yugen - замирало где-то в груди. [Сборник драбблов по Одазаям]

Цепи, связывающие Создателя и его Создание, невозможно разорвать, не уничтожив одного из них.

Не стоит вставать на пути Дазая - ни раздражающему напарнику, ни бесполезному подчиненному, ни боссу Портовой мафии. У Дазая кровь на рубашке. И почти не осталось времени. AU, где Ода выживает и впадает в кому, а Дазай готов на всё, чтобы его спасти.

Нет, он не грезил мечтами о светлой стороне. Честно говоря, Осаму ставил под большое сомнение возможность изменить свою жизнь. Он ведь совсем не похож на безупречного Одасаку. Да, неполноценный никогда так не сможет.

«Странное это чувство — узнать о чьей-то настолько сильной любви, которая оставила после себя целую Империю Света», — размышлял Ода. Дазай преподнес ему весь мир на серебряном блюде, а он даже не подозревал об этом. Beast!AU, в которой Ода узнает — Дазай любил его так сильно, что переписал ради него историю, но никогда не рассказывал ему об этом.

Уже неделя прошла с того момента, как их отношения перешли из стадии «вместе зависаем в баре допоздна» к... вот этой точке. К точке, где сейчас словно сосредоточился весь мир. Этой точкой оказалось дикое явление — крепко спящий Дадзай.