— Если вы считаете, что мне самому это доставляет удовольствие... Вести стадо баранов приобщаться к культуре… — Снейп брезгливо оглядел всех своих подопечных и рявкнул: — Поттер, сядьте вы уже, наконец, рядом с вашим Малфоем и не маячьте. — Каким еще “вашим”? — мгновенно вскинулся Драко. — Чего это он вдруг мой? — одновременно с ним ощетинился Гарри.

Несчастный случай на уроке Зелий, и Драко превращен в пятилетнего. А кто будет за ним присматривать? Конечно, Гарри Поттер!

— Ты… поможешь мне добраться домой? Гарри раздраженно убрал палец с кнопки лифта, нехотя повернулся и посмотрел на мальчишку: совсем юный — тонкий, хрупкий, волосы светлые — лет семнадцать, не больше.

- Что значит “мы”? - Гарри резко развернулся и уставился на опешившую Гермиону. - Что ты этим хотела сказать? - Ну… я имела в виду… вы с Малфоем, - смущенно проговорила она и порозовела. - Вы же пара… Прости, но я не думала, что это все еще ваш секрет… Гарри по-прежнему тупо смотрел на подругу, пытаясь увязать в своей голове два мира. - Но мы вовсе никакая не пара! - он усиленно искал в ее глазах хоть какую-то подсказку. - Мы с ним просто друзья.

Он что-то рассеянно отвечает Уизли, улыбается Грейнджер и, уставившись в потолок, подносит перо к губам. А я сижу и смотрю. Я теперь часто смотрю на него: на уроках, на переменах, в Большом зале, через головы и столы.

— Кто я? Мой голос такой хриплый, что разносится по палате надсадным жалобным лаем. Рыжая у стены вздрагивает и чуть не роняет какие-то металлические штуки из рук. Стукаясь друг о друга, они дребезжат глухо и мерзко. Медленно обернувшиcь, она растерянно смотрит мне прямо в глаза: — Ты… не помнишь? (POV Драко)

Мир, в котором происходят события «Танцев», почти тот же, что и в моем же сочинении «Гарри, Драко и философский камень». Но мальчики НЕ ПОДРУЖИЛИСЬ с самого начала. Так что события первых четырех книг «Канона», пусть и с некоторыми поправками, можно сказать – учитываются. Однако после возрождения Волдеморта родители Драко приходят к выводу, что из сложившейся ситуации они выйдут с меньшими потерями, если их сын будет в безопасном месте. Поэтому они решают его спрятать там, где его меньше всего б

Оказывается, совы не всегда добираются до адресата. И все неотправленные письма где-то лежат и терпеливо ждут своего часа. Чьи же письма и тайны ждут в Хранилище Гарри Поттера?

...Но в одном Тикси был прав — после войны Драко непозволительно расклеился. А в этот раз он и вовсе не хотел ни елки, ни праздника, ни-че-го. Разве можно справлять праздник в одиночку? А Драко давно был один. Долгих полгода. Запершись в своем поместье, он практически не выходил из него, ни с кем не виделся, ни о чем не мечтал. И даже почти привык жить именно так. Без семьи.

Война окончена, ученики снова возвращаются в Хогвартс. Дружба, любовь, ненависть, ревность, выяснение отношений - стандартный школьный набор. И катастрофа в Самайн.

Только Гарри решает отдохнуть от Аврората, взять летний отпуск, присмотреть за Тедди Люпином, как на его бедную голову сваливается Панси Паркинсон. И немой Драко.

Драко решает признаться родителям в своей нетрадиционной ориентации, но каково же было его удивление, когда те сказали, что уже давно об этом знают, ведь он так часто писал им о своей любви к Поттеру... На протестующие возгласы Драко, уверяющего, что он ничего подобного не писал, Люциус и Нарцисса готовы продемонстрировать все его письма, собранные за шесть лет обучения в Хогвартсе.

Новый помощник Гарри Поттера просто чудовищно собран.

Малфой сжал губы в тонкую линию и отвернулся, ничего не ответив. Поттер разочарованно вздохнул, не услышав ни слова, и вышел из кухни. — Ты куда? — проследив за его уходом взглядом, хрипло спросил Драко. Гарри молча скрылся в коридоре. — Поттер! — хлопнула входная дверь. — Гарри?.. — отчаянно прошептал Малфой, опустившись на стул. Ушёл. Гарри ушёл...

Люциус долго хмурился, когда смущенный сын поставил его перед фактом - встаёт только на одного, а после удалился в кабинет, пригласил в мэнор Снейпа и достал из сейфа дорогую бутылку виски.

— Милый, только спокойствие. — Тебе пизда, Поттер, тебе пизда. — Драко! — А ну стоять членодумающий гриффиндорец, я тебе сейчас кое-что перевяжу, а может даже перережу!

и... прости, что пришлось столько ждать.

Гарри не стоило прятать загадочную надпись на своем теле от товарищей, которые и так не видят дальше собственного носа.

Это странное противостояние Поттера и Малфоя, базирующееся на том, кто придумает друг другу наиболее отвратительное ласковое прозвище, продолжалось уже не менее недели с того самого момента, как МакГонагалл исключительно твердо настояла на том, чтобы Гарри и Драко, как самые яркие представители Гриффиндора и Слизерина, перестали называть друг друга по фамилиям в честь дружбы между всеми факультетами. Вкупе с отвращением и полной неспособностью договориться, юноши просто решили все переиграть.

Каждая командировка — расставание, маленькая смерть для обоих. Каждая встреча — тревога и сплошные вопросы в глазах...