Дьявол непременно должен быть побежден, а все грехи прощены — Уильям искренне верит в это, упорно не замечая рядом такого же грешника, рядом с которым чужая кровь почему-то вовсе не обжигает руки. В груди у обоих зарождается глупая и неоправданная надежда. Но разве могут два преступника стать друг для друга искуплением?

Я расплачусь за все грехи, и смерть единственный мой выход

Уильям, сколько Шерлок себя знает, всегда был спокоен и расчетлив. Его планы исполнялись идеально, его слова били точно в цель. Но, помимо явно напускного безразличия, детектив умело видел напряжение и дрожащие руки. И так отчаянно хотелось поговорить, обсудить, помочь, да только Лиам... делал вид, что все в порядке.

Да, бывшие учителя Холмса в школе и преподы из универа частенько говорили ему, что он ничего не добьётся. Что он сгниет где-нибудь в канаве, если не возьмётся за голову. Но в конце концов, по итогу это не они просыпаются в четырёхкомнатной квартире в центре города, это не им делают шикарный минет с самого утра, и это не они трахают своего чертовски любимого мужа, уже задыхающегося от собственных громких стонов.

Шерлок и Уильям были похожи, как день и ночь. Майкрофта это немного пугало. Льюиса напрягал этот наглый тип, что постоянно вьётся около его брата. Альберт просто смиренно прикрывал глаза и молился, чтобы братья этой гениальной парочки и дальше не замечали истину...

Шерлок раскрыл Мориарти, как Криминального Лорда. И был готов сообщить ему об этом лично. Но что-то идёт не так...

Уильям Джеймс Мориарти был, без сомнения, самым лучшим Лордом Преступности, с гениальным холодным умом и неотразимым обликом. Теперь же он всë так же идеален и прекрасен, но больше не в роли самого ужасного бедствия всей Британии.

– Ты хотел, чтобы я был героем, чтобы я смотрел на тебя как на зло, которое нужно уничтожить. Будучи героем, ты не смог понять, что я вижу добро во всем, в чем могу. Это значит, что я вижу хорошее и в тебе. На мгновение наступила тишина, после чего Лиам улыбнулся с выражением, похожим на недоверие. – Ты действительно лучше меня. Развитие и интерпретация всего того, что произошло после Рейхенбахского падения, о двоих, отказавшихся отпустить красную нить судьбы.

— Признаться, я не ожидал, что самым умным человеком в этом учреждении будет омега. Секунда и доброжелательная улыбка на миловидном лице медленно начала стираться. Шерлок же, в свою очередь, понял, что сказал и побледнел. — Я-я не это имел в виду.

Он был самым интересным человеком в комнате. И это было настолько очевидно, что Шерлок мог сказать это с первого взгляда.

— Ну… я подумал, что ты оценишь… — Холмс переминался с ноги на ногу — В таком случае твоему чувству юмора пора в реанимацию… — произнёс Уилл бесцветным голосом и снова вперил взор в листок бумаги. — господи, Шерлок… что же нам теперь делать?

Постканон. У Шерлока нет стыда, а Лиам раздумывает над доверием.

- Я люблю тебя, - сонно пробормотал Лиам. Шерлок молча сжал его руку и поцеловал кончик залитых лунным светом волос Уильяма. - Я знаю. Я тоже тебя люблю, куколка.

Уильям тихо стёк по стеночке. От сдерживаемого хохота на глаза наворачивались слёзы. Врождённая сдержанность и до абсурда дикое желание расхохотаться боролись в Мориарти, превращаясь в истерическую икоту.