Соглашаясь стать стажёром, Тэхён поставил одно условие: господин Бан будет отвечать отказом на поступающие от альф просьбы о частной встрече с ним. Приняв желание омеги, тот все же внес коррективы в их сделку, добавляя: «Пока не появится тот, кому нельзя будет отказать». Три года правило срабатывало без исключений, «пока» не появился господин Чон, невозможность отказа которому понимал даже сам Тэхён.

Аппа Тэхёна был убежден, что его сын невинен и на дух не переносит альф. В действительности же он очень многое не знал о своем ребенке, особенно того, что касалось его личной жизни.

Au, где Тэхен увидел тренд в Тик токе и написал парню, которого терпеть не может, что тот ему нравится.

— Хорошо, твой заказ принят! Особых пожеланий к букету нет? Направлений там, предпочтений? Всё же вкусы у омег нынче разные. — Нет, какие ещё могут быть пожелания, обычный букет из тюльпанов, — отвечает Тэхён, слегка удивляясь вопросу продавца.

Тридцать лет назад возник вирус, что изменил мир на "до" и "после". Переменилось все из-за изменения климата, когда ледники начали обильно таять и на свет возродились древние вирусы. Люди начали меняться, перестраиваться, лишались рассудка и начинали походить поведением на животных. И как же Чонгуку "повезло" столкнуться однажды с таким мутированным и застрять с ним в одной пещере.

— Я тебя не отпущу, пока не скажешь мне, кто посмел довести тебя до слёз. Только пальцем ткни, и я сразу ему наваляю. — Ты.

Тэхёну нужно было слушать свою интуицию и не связываться со спортсменами. А, ну и ещё ему совершенно точно не стоило влюбляться в своего клиента.

Тэхен думал, что их брак с Намджуном еще можно вернуть, пока на ринге ему не подмигнул Чонгук. бокс AU, где боксер Намджун изменяет мужу, а Чонгук свой шанс не упустит

Намджун, конечно, всегда знал, что вызывает в Чонгуке определённое восхищение — сложно это не заметить, когда макне буквально прожигает его влюбленным взглядом ещё с далёких времён предебюта. Но в какой-то момент чонгукова одержимость приобретает совсем уж специфическую направленность, и Намджун решается задать вопрос, который внезапно становится поворотным.

— Выпустить больше феромонов для твоей профессиональной оценки? — ухмыльнулся первый альфа, и Чонгук сжался от бархатного тембра. — Н-нет, оппа… Опа.

Чимин не самоубийца. Он абсолютно точно не собирается умирать раньше времени, у него еще столько лет жизни впереди и столько не выполненных дел. Однако на бал к вампирам он заявляется без лишних раздумий.

— Кстати, где Чонги, у него снова смена? Скажи, чтоб взял выходной, а то заработает переутомление. — Обязательно скажу. Чимин обнял на прощание друга и даже улыбнулся, перед тем, как закрыть дверь. Чимин понимал, что Чонги больше нет, но как сказать об этом он не знал.

— Я вот ещё чего хотел, — прокашливается Юнги, будто неловко, но поза его всё такая же величественная и полная силы. — Один омега меня волнует давно, — уводит взгляд. — Посоветуй, как в Новолуние быть с ним. Чимин замирает, и сердце в груди его крошится, будто раздавленный неаккуратными руками имбирный пряник.

Тэхёну было девять лет, когда он, вместе с друзьями, вечером в заснеженном лесу, спас маленького воробушка от голодной дикой лисицы. Приручил, сам того не подозревая, только вот, не саму птицу, а её сердце. Молодое, влюбчивое, ранимое сердце.

Ни мантии-невидимки под рукой, ни волшебной палочки, только побагровевшее от стыда лицо, как красный свет светофора, мигающее посреди торгового центра. На проезжей части хотя бы вместе с гордостью мог раздавить автобус – всяко лучше, чем течка в День Святого Валентина на глазах у десятка гуляющих парочек. Тэхена спасают руки, аккуратно завязывающие рукава толстовки вокруг его торса.

Тэхён хочет узнать о волках как можно больше, поэтому приезжает в отдалённое поселение и начинает новую жизнь. Но вот незадача, чтобы получить ответы на свои вопросы - нужно стать парой вожака.

— мгм… а рот его этот маленький, губы тоненькие… тьфу! — стакан снова со звоном опускается на столешницу, — я тебе говорю: он в рот нормально даже взять не сможет! — в рот не сможет — это плохо, — чимин как-то грустно вздыхает.

Чимин – прелестная куколка с разводами блёсток на лице вместо слёз. Чонгук – его бывший, который внезапно осознал, что не сможет отпустить своего омегу. Даже если для этого придётся перекрасить японскую тачку в розовый за одну ночь и найти коробку клубники в карамели.

— Ты хочешь забрать мой первый раз, не зная, совершеннолетний ли я? – ахает Чимин и стукает кулачком альфу по плечу, а потом стукает ещё раз, когда слышит негромкий лающий смех. — Плохой… плохой альфа! – думает, что ругает его так. Неподалёку, за холмом, шумят, пенятся и бьются о скалы бирюзовые буйные волны. Там есть спуск к одинокому чистому пляжу — Чимин всё разведал ещё в первый день, когда увидел в окне своей комнаты жирно блестящую на солнце лазурь.

— Тайпан, — Чимин смачивает губы кончиком длинного раздвоенного языка черного цвета. Юнги видит такой впервые. Загоревшееся любопытством сияние в его глазах ярче переливающихся на солнце алмазов. — Да, смертельный. Может, Юнги убежден, что у котов девять жизней, и именно поэтому нулевой инстинкт самосохранения говорит ему подсесть к змею поближе. Кошачий хвост особенно дергается, словно извивается по-змеиному. Даже части его тела переняли хозяйский интерес к сущности собеседника.