На Рождество Фэн Синь получает гейскую панику и таинственный подарок.

К задней стороне шеи Фэн Синя возвращается цвет, и он с упреком цедит сквозь зубы: — Му Цин, может хватит? Я же сказал тебе, что это не твоя проблема. — Не надо решать за меня! — голос Му Цина становится громче. – Что за секретность? Ты что, умираешь? Фэн Синь плотно сжимает губы и опускает глаза в пол.

Когда Му Цин вместо драк с Фэн Синем начинает с ним спать, то убеждает себя, что это ничего не значит. Это просто секс. Верно?..

Му Цин фотографирует Фэн Синя для весьма необычного конкурса и внезапно понимает, что его чувства к нему не так однозначны, как он думал.

Фэн Синь и Му Цин отправляются за Се Лянем в Черные Воды, но не поспевают за ним, и в попытке выбраться с острова оказываются в чрезвычайно пикантной ситуации.

Му Цин — Бог Войны, сильный и гордый, чистая ярость. Он никому не должен позволять себя укротить, но... глубоко в душе он хочет поддаться. Хоть раз в жизни поддаться, потянуться к рукам одного единственного человека, ведь если это можно делать Се Ляню, то почему, чёрт возьми, ему нельзя? ...Если бы только этот человек хоть раз протянул к нему руки. // А так же о неверных решениях, оказавшихся самыми правильными, и о том, что иногда довериться может быть не лишним.

AU! в котором на Му Цина наслали проклятье чтения мыслей, и в одну из очередных перепалок с Генералом Наньяном, он теряет контроль над проклятьем и слышит мысли Фэн Синя.

Фанфик о том, как Фэн Синь после одного "инцидента", начинает видеть сны с участием школьного врага. И ладно это были бы обычные сны о том, как парень отрубает врагу голову. Нет. Это сны абсолютно другого характера.

— Я не какая-то хрупкая девушка, Фэн Синь... — Никто этого и не говорил, Му Цин, но ты ранен… Му Цин садится прямо, с горящими глазами поворачиваясь на Фэн Синя. — Черт возьми, я в порядке! — И это моя вина! — говорит Фэн Синь одновременно с ним. Оба замолкают.

Фэн Синь постоянно замечал эту раздражительную парочку в коридорах и даже в столовой. Этот противный и настырный Сюй преследовал Му Цина попятам, словно преданная шавка, не давая негде скрыться и спрятаться. А сам сероволосый был крайне не против такой компании. И когда он видел на горизонте Фэн Синя, то начинал принимать активное участие в диалоге, что было крайней редкостью. Это еще больше бесило и заставляло вскипать мгновенно. А еще! Еще! Он ни разу, НИ РАЗУ! Не закатил перед ним глаза!

На следующий день ему казалось, что он был готов: ночью сбросил всё напряжение в душе, вернулся мыслями к горящему дедлайну и попытался вбить себе в голову, что ни подтянутые икры, ни рельефный пресс с ума его сводить не должны, он прежде всего идёт работать, а не слишком откровенно сглатывать вязкую слюну. Но всё оказалось тщетно.

— Я ненавижу тебя, слышишь? — шёпотом выдавливает Фэн Синь, потираясь носом и ртом о намотанные на кулак длинные пряди волос Му Цина. Вдыхает их неповторимый аромат, трётся бёдрами о бёдра и, почувствовав ответное возбуждение, тихо стонет. — Ты отвратителен, — отвечает Му Цин. Его слова звучат едва ли громче выдоха.

Фэн Синь не умеет в романтику, но очень старается.

И дня не проходит, чтоб Фэн Синь и Му Цин не поругались и не подрались. Но на одной из вечеринок Му Цин (не)много перебрал с алкоголем и что из этого получилось.

Му Цин был чертовым Богом, но сейчас, когда его идеальная броня пала под такими же идеальными касаниями, он начинал сомневаться в том, стоило ли им оставаться.