За окном в крепких объятиях матушка Ночь баюкает портовый город. И именно в эту особенно звёздную ночь Дазай решается признаться другу.

Не стоит вставать на пути Дазая - ни раздражающему напарнику, ни бесполезному подчиненному, ни боссу Портовой мафии. У Дазая кровь на рубашке. И почти не осталось времени. AU, где Ода выживает и впадает в кому, а Дазай готов на всё, чтобы его спасти.

— Я… — Дазай делает паузу, и Ода уверен, что дело не в том, что тот подбирает слова. Просто он звучит так, словно вот-вот заплачет, и это режет сердце больнее ножа. Или так же. Ножом. Тупым и ржавым, — Не мог бы ты позволить обнять тебя? Я не против, если ты в этот момент упрешься пистолетом мне в висок, или что-то вроде, но... — но? — Ты умер на моих руках. И, может, умереть в твоих было бы не больно.

Ода замечает в руках своего ученика книгу с мрачной обложкой и пытается её забрать. Обычные методы в отношении Дазая не работают.

Нет, он не грезил мечтами о светлой стороне. Честно говоря, Осаму ставил под большое сомнение возможность изменить свою жизнь. Он ведь совсем не похож на безупречного Одасаку. Да, неполноценный никогда так не сможет.

BeastAU! в которой Дазая спасли. // Он не знает, кем должен быть для главного героя в этом сюжете и сколько шагов должен сделать навстречу, чтобы незнакомое имя для Оды снова стало родным.

В этом мире Ода Сакуноске и Дадзай Осаму так и не познакомились. Оде уже двадцать семь, а Осаму и вовсе умер несколько лет назад. Однако, Осаму Дадзай из мира вне книги вмешивается в события.

Он обнаружит, что откинулся на другую сторону кровати, чувствуя себя чужим в холоде того места, где он живёт, и так почти каждую ночь. Свет погаснет, и ночь покажет себя. Ему требуется больше времени, чтобы заснуть - так было всегда. Но иногда, он достаточно бодрый, чтобы почувствовать руку Оды на своей груди, нежно прижимающую его к себе. И иногда этого достаточно, чтобы уничтожить его.

Это был день, когда Дазай появился у его двери с малиновыми бинтами вместо белых. Это был день, когда Ода понял, что больше не может игнорировать боль мальчика. — Принес тебе карри, — легкомысленно произносит Дазай, слегка хрипло, и входит внутрь, шурша пластиковым пакетом в руке. Конечно, внезапное появление гостя застало Оду врасплох, но дело не только в этом. Дазай никогда так не поступал. Он не появлялся у него с кровью. А именно сейчас... она сочится сквозь его бинты.

Момент, когда Дазай смотрел на Оду, и момент, когда Дазай понимал, что такое жить - один и тот же момент. Ai shiteru, yugen - замирало где-то в груди. [Сборник драбблов по Одазаям]

— Я итак весь в твоём распоряжении, — между строк засела коварная мысль. «Не делай глупостей». А кто такой Дазай без глупостей?

дазай кажется неудовлетворенным моим молчаливым рассматриванием его лица. мне хватает двух секунд, чтобы пресечь его желание начать умолять меня об ответе.

Я не хочу уходить Четыреста долгих лет продлится зима Больше, чем можно простить Больше, чем можно спасти из пустоты

Всё, что происходило в голове Дазая, должно было оставаться в голове Дазая. И что стало причиной его откровений, когда они, оторванные от мира дождем и шквалистым ветром, прятались в старой церквушке, Оде знать совершенно не хотелось.

его «ничто» после секса курит в постели, нахально игнорируя все запреты, и бесстыдно смеётся над словом «совесть».

Очевидно, Сакуноске чуть ли не единственный, кого Дазай готов слушать и слушаться. Во-первых, Дазаю нравится он сам – но это Сакуноске и так знает; во-вторых, Дазаю нравится его голос – а это Сакуноске только предстоит узнать.