Чжоу Цзышу выпил и лучезарно ему улыбнулся. И вправду говорят, тот, кто не ведает ссор, не может вкусить и сладости примирения.

На самом деле это всё вина Цао Вэйнина то, что Чжоу Цзышу сидит сейчас в этом дорогом ресторане рядом с каким-то богатым (и безумно привлекательным) парнем, который явно не знает, как пишется слово «порядочность».

— Господин, вам подлить еще, пока ждете гостя? Цзышу колебался и уже было хотел отослать слугу, но в итоге вылил остатки из маленького черного чайничка в чашку. — Хорошо. Вошедший мужчина был хорош собой. Его красота услаждала взор — подобный изысканный красавец мог соперничать с самыми прекрасными местными куртизанами. Его одежды оттенков белого нефрита и чистого снега были великолепно скроены, но изгиб алых губ выглядел чересчур резким.

— А-Сюй, ах, А-Сюй, — промурлыкал голос, который Чжоу Цзышу надеялся никогда больше не слышать. — За тобой должок. Забыл? Ох, столько времени прошло, боюсь, набежали проценты.

— В следующий раз, когда я тебя поцелую, это будет твое настоящее лицо. Чжоу Цзышу пожал плечами. — С таким строением черепа у тебя должны быть красивые губы, — заметил Вэнь Кэсин. — Будь моя воля, я бы искусал их до крови.

Кстати, насчет двусмысленности... Вэнь Кэсин с явным удовольствием нарушал все частные границы Чжоу Цзышу, влезая в его личное пространство и отпуская комплименты порой не самого пристойного содержания. Он то подсаживался слишком близко, то норовил облапать (а иначе эти постоянные прикосновения и не назовешь), то сыпал комплиментами, зачастую не особо приличными... P.S. Кэсин не устаёт соблазнять свою родственную душу во время совместного путешествия.

Со вздохом перевернувшись на спину, Цзышу встретился взглядом с полными обожания чёрным глазами, на дне которых плескалась затаённая тревога. Словно растеряв за ночь весь свой пыл и бесстыдство, теперь Вэнь Кэсин обнажал перед ним всю неприкрытую нежность своей души.

AU, в котором Чжоу Цзышу обычный странник, а Вэнь Кэсин лис-оборотень, поймавший в свои объятия настоящее сокровище.

Чжоу Цзышу готов покончить с Тяньчуань. Он готов забить седьмой гвоздь и отправиться странствовать, чтобы после смерти с повинной головой встретиться со своими братьями. Он покончит со всем после последней миссии, которая слишком интригует, чтобы от неё отказаться.

Вэнь Кэсин перенес небольшую операцию и получил большую дозу обезболивающих. Он забывает, что замужем за Чжоу Цзышу, и сразу же начинает приставать к "больничному красавцу", которого он встречает у своей постели, когда просыпается...

— Теперь спи, Лао Вэнь. Утром ты проснешься, и я снова скажу тебе, что люблю тебя. А потом мы вернемся в Поместье Четырех сезонов, и я буду каждую минуту напоминать тебе о своей любви. // Сборник постканонных драбблов, в которых у Вэнь Кэсина и Чжоу Цзышу всё хорошо, они живут в Поместье Четырех Сезонов, воспитывают своих учеников и любят друг друга.

AU, в котором Чжоу Цзышу после ухода из Тяньчуана сбегает в лес и поселяется в полузаброшенном домике, надеясь провести остаток жизни в одиночестве. Однако в первую же ночь он выясняет, что занял чужое жилище, принадлежавшее лису-оборотню.

Зло подкралось к Чжою Цзышу незаметно, усыпило бдительность сладкими речами и изящными манерами, обмануло красотой и щедростью. Злу надоело притворяться добрым, лебезить перед неблагодарным человеком. Зло выждало самый лучший момент, чтобы сцапать наивного дурака и утащить в свою пещеру.

Вэнь Кэсин отказывается открыть ворота гостям из ордена Цинфэн Цзянь. Это меняет всё.

В какой-то момент он вливает всю свою ци до последней капли в Вэнь Кэсина, чувствуя, как его жизненная сила угасает. Вэнь Кэсин ушёл, и Чжоу Цзышу не останется, НЕ ОСТАНЕТСЯ позади. Он вливает свою ци в уже пустой сосуд. Его последней мыслью было "Если бы я мог вернуться…"

Хозяин Долины внезапно вызывает нового Призрака десятки в свои покои.

Все действительно хорошо. Можно считать за постканон, в котором Чжоу Цзышу и Вэнь Кэсин живут в поместье Четырех Сезонов, обучая ученика. Или Чжан Чэнлин опять становится свидетелем того, что предпочел бы не видеть. Не то чтобы это волновало его старших.

Брак, устроенный императором Хэлянь И между главой Долины Целителей и Чжоу Цзышу, изначально должен был быть сплошь договорным и политическим. Однако вопреки всем канонам, супруги понравились друг другу с первого... шпиона.

Он не сопротивлялся, когда на него повесили кандалы, сковывающие руки и ноги. Не сопротивлялся, когда толкали в спину, заставляя идти быстрее. Послушно падал, когда его били кнутом под коленями. Он перестал считать количество ударов, которые наносили по ногам и по спине, рассекая дорогую ткань. Кровь окрасила его темно-синюю накидку, делая цвет еще более глубоким. Запах металла витал вокруг него, одурманивая рассудок. Чжоу Цзышу ненавидел кровь.

Чжоу Цзышу не был романтиком, и сентиментальность тоже не про него, однако он искренне может сказать, что в тот момент, когда он увидел, как Кэсин падает со скалы, внутри все перевернулось, и сердце упало куда-то глубоко, глубже, чем та пропасть, погубившая Вэня. И единственное, что осталось ему, это просто считать оставшиеся до смерти дни и снова надеяться, что эта ночь точно станет последней, и что рассвет они встретят уже вместе с Кэсинем на мосту Найхэ. Но он не был готов увидеть Вэня живым.