Дыхание перехватывает, ещё рывок — и он мягко приземлится на живот прямо перед целью. Ещё рывок — и он дотянется до неё длинной рукой. Рывок — и желанный мяч отскочит от его ладони со звонким звуком. Он успеет, он точно успеет: и добежать, и протянуть руку, и оградить мяч от пола, и отправить его назад на территорию противника... Колено пронизывает боль. [Soulmate!AU, где раны на теле человека прорастают цветами у его родственной души. Для волейболиста Чонсу соулмейты — это глупо и больно]

К удивлению Чонсу он натыкается взглядом не на стойку с микрофоном, не на гитариста или саксофониста, а на барабанную установку. Брови непроизвольно взлетают вверх. Какой идиот припрёт в переход барабанную установку? Очень красивый идиот.

Сынмин никогда не видел ангелов и уже даже не надеялся на что-то подобное, когда один из них упал прямо на него. А у Чонсу и так жизнь не слишком сладка, но кое-кто время от времени делает её ещё хуже.

Сколько бы времени Гониль ни проводил в зале, перед Чонсу он всегда слабый

Заиграла Good Enough на концерте в Франкфурте. Фанаты подняли над головами вырезанные из бумаги сердечки, на каждом из которых красовалась надпись: "You're good enough". Но это только предыстория.

Закрыты на все замки двери, окна завешены плотно. Костюмы, свечи в интерьере — Хэллоуин праздную ежегодно.В этот день не так уж страшно, Не существует монстров и чертей. Но вот что помнить важно — Бояться нужно живых людей.

Хён-лайн и поцелуи. Что может быть лучше?

много-много лет назад в маленьком домике с черепичной крышей в конце улицы случилось большое горе. с тех пор дом старел и пустовал, пока однажды на его пороге не оказался кто-то молодой и очень красивый, кто не знал, что у дома есть мрачная история, и кто, в общем-то, понятия не имел, что у него все еще есть хозяин.

Нужно было раньше, согласен?

Рядом с Чонсу это всё неважно.

Летнее солнце обжигает раскудрявые макушки, одаривает веснушками и просвечивает грудь, выискивая отчаянно бьющиеся сердца.

Многие легенды медленно умирают, забываются в ритме современной жизни, теряются в прошлом. Но легенды этого города никогда не забудутся, ведь каждый новый день подтверждает их реальность. "- Если честно, я не помню, что было дальше, - Чонсу почесал затылок. – Тем не менее, я смог выбраться из этого леса. - Что за бред? - Джуён громко фыркнул, внезапно вставая на ноги. – Ты всё это выдумал, парень."

— Не простудись. Сквозь дрëму слышится чей-то голос. Всё вокруг, почудилось на секунду, распустилось тяжёлыми бутонами пионов, звякнуло колокольчиками, а нос втянул еле слышимый аромат кофе. По старенькой, но крепкой деревянной пристани протопали шаги, скрипнули парочку раз и затихли вдалеке.

Спящий мальчик, и влюблëнный в десерты бариста.

Поляна, и зрение Гониля, которое его теперь не докучает.

А что, если я взлечу? Вспархну к небу и обрету свободу? Что если я наконец упаду в снег и переломаю каждую свою косточку? Буду лежать там, но не чувствовать холод, точно также, как и ты. Но кто ты?

Чонсу любит. Он любит эти мозолистые руки с крупными пластырями, он любит широкие плечи, за которыми прятаться не страшно, он любит острые ключицы, он любит милые ямочки на щеках, он любит окрашенные в русый цвет аккуратно выстриженные волосы.

Чонсу и Гониль хрупкие, как корка льда на весенней луже, немного пугливые и умирающе-мечтательные.

Середина осени. Гониль живёт, как он думает, в полную силу, без оков совести и предрассудков, без тяжести экзистенциальных страданий. А к вечеру понимает, что обрёл второе дыхание. У дыхания есть имя.

Ночная прогулка хорошо помогает Гонилю проветриться и упорядочить мысли, которые сейчас крутятся вокруг одного человека.