В моей памяти всплывают неясные, размытые образы: тлеющий огонек сигареты в руках Бориса, приглушенный свет в перевернутой вверх дном комнате, его дыхание рядом со мной и мое полупьяное затуманенное сознание. Сейчас все так, как и тогда, в Вегасе: руками по телу, дрожащими вздохами на ухо, запутанными мыслями на двоих и подростковой чувствительностью.

узнав об измене, вы бы простили человека?

двое подростков Теодор и Борис, такие одинаковые, но такие разные. Черноволосый и светловолосый, кудрявый и с прямыми волосами, без очков и с очками.. одному 15, второму 14.. дети, судьба которых сложилась не лучший образом. У обоих не стало матерей, у обоих не самая лучшая семья.

–Спи, moy horoshiy… с днём рождения тебя. Говорил мне Павликовский, когда мы с ним лежали в номере на кровати полностью обнажённые и обнимали, прижимались друг к другу, будто это наша последняя рядом друг с другом ночь. Будто та ночь, которая была 8 лет назад. Та ночь, когда мы обнимались в кровати и совсем не подозревали, что ровно через сутки я оставлю его одного в пустыне помирать от одиночества.

Обычный день двух друзей в Вегасе,но точно ли просто друзей?

Ну, вот, теперь он уже распинается перед Тео, будто тот занял место Котку. Это должно было польстить ему, но, к сожалению, все пошло наперекосяк, потому что парень не чувствовал ничего, кроме скребущегося чувства раздражения, которое так и царапало его по глотке и неприятно разливалось в груди, смешиваясь со жгучей ревностью. Они ведь были с Борисом, как братья, пока не появилась эта идиотка. И что он в ней нашел?

Тео,как только узнал что Ксандру продала сережки его покойной матери,начал собирать вещи в Нью Йорк,он не останется в этом уже прогнившем доме ни на минуту — Поттер,что ты делаешь? — спрашивает его Борис,и Тео отвечает я не могу остаться здесь..—сказал Тео,собираю сумки и беря сумку с попчиком на руки Тео на один миг замер,и подумал: или все же..к черту этот Нью Йорк!

Он помнит как это произошло в первый раз. Помнит как думал, что у них всё сложится, но когда на следующий день он узнал, что Деккер ничего не помнит... Он умолчал, думая, что это будет единичный случай, мол «С кем не бывает, ха-ха!» Но, каждый раз когда Тео нажирался, это повторялось, из раза в раз, Господи! Борис понимал, что это не правильно, совершенно не правильно, но чувства всегда брали верх.

Просыпаться посреди ночи, руками шарить по кровати в поисках Бориса, находить его и успокаиваться, а после крепко прижиматься друг к другу – тоже было нормально.

Вечер был напряжённый. Я сидел на диване скрестив ноги и медленно погружался в клубок собственных мыслей. Прохладная водка уже стыла на краю стола и не имела такой навождающий вкус как раньше. А дело было в том, что мой единственный закадычный друг-собутыльник, и по совместительству человек с которым мы курили один косяк на двоих, не появлялся у меня дома долгую продолжительность времени...

На улице уже смеркалось, и луна заходила за горизонт. Вокруг была тишина, ни одной души на улице, лишь машины изредка проезжали вдоль трассы и скрывались вдали горизонта, в туманном сумраке вечера. Двое парней лежали на плитке возле бассейна и распивали спиртные напитки, иногда прикурывая сигарету и отходя поблевать в кусты, потому что алкоголь уже целиком и полностью пропитал желудки в их неокрепших телах.

Меня зовут Теодор Декер, и я схожу с ума.

— Полежи со мной, прошу тебя — Павликовский сплетает слова, пытаясь прохрипеть громче. Теодор делает всё, что говорит его друг.

У Бориса было много черных футболок, но сейчас на полу рубашка. И носки с протертой пяткой. Кое-что не меняется.

Оба обожали свободу, но только рядом с друг — другом, им было чуждо понятие личного пространства. Именно это, и отличало их от "друзей с привилегиями"...

Вся жизнь Бориса была похожа на лестницу — то вверх, то вниз, и никак не добраться до конца.

У Тео заводится сталкер, который отправляет ему письма со своими грязными фантазиями.

- Борис.. - я сглотнул подступивший предательский ком. - я не хочу уезжать.

кто-то стоял надо мной, высокий, в темном бомбере, на ногах берцы, в руке арматура. Тони и его дружки что-то огрызались еще, я не слушал, я лежал затылком на мокром асфальте, силясь разглядеть хоть что-то в темноте и потоках воды, голова кружилась. ко мне наклонились. бледное лицо, брови-галки, демонические глаза. - Борис?.. - привет, Поттер.

POV Бориса. Антверпен и пенициллин, Лас-Вегас и бассейн. Boxing Day in Antwerp involving neither party nor escort service, but canned soup, a penicillin injection, and some old movies on Boris’s couch. "Если ничего не сделать сейчас - он отступит. Мы выпьем пива, посмотрим эти сраные фильмы. Он вернется в Нью-Йорк, женится на блондиночке, или трахнет рыжулю, будет ходить весь такой непроницаемый и серьезный, в своих сшитых на заказ костюмчиках, и его больше не поймаешь, улетела птичка".