— Никогда не видела, чтобы Мегуми так часто трогал кого-нибудь, — замечает Маки-семпай.

— Тронешь его хоть пальцем, — хрипит Сатору, — и я убью тебя. Или: В одном мире Годжо Сатору разрубают пополам. В другом мире Тодороки Тойя открывает ужасающе яркие голубые глаза.

В мире, наполненном злодеями, героями и сверхъестественными способностями, которые с тем же успехом могут быть Проклятыми Техниками, Фушигуро Мегуми и Кугисаки Нобара приходят к выводу, что единственный способ привлечь внимание пропавшего Итадори Юджи — это заставить их лица появиться на больших экранах. — или же лягушки учатся жить вне колодца, лишившись при этом трети себя, а именно - посещая Геройскую Академию №1 в Японии. (редактируется)

Одной ночью Сугуру звонят с просьбой забрать своего пьяного друга из бара.

Мегуми никогда не был влюблен. Сколько бы другие дети из средней школы ни бредили этим, казалось, что это не более чем глупое избирательное безумие, которое делает тебя одержимым кем-то. Ты становишься слабым, мягким, разум плавится, ты не видишь его недостатков и отчаянно жаждешь его внимания. Мегуми не нуждался в этом. Все еще не нуждается, вообще-то, но его сердце отстойно расставляет приоритеты.

Юджи под толстовками своими безразмерными прячет целую звёздную россыпь.

К чему приводят кошмарные сны и совместные ночевки. Просто зарисовка про то, что подростки милые, когда влюбляются, а особенно Мегуми Фушигуро.

Ученики пытаются выяснить, на ком женат профессор Годжо, но все идет не по плану. || Хогвартс!АУ

Когда твой сосед по общежитию — Итадори Юджи, невольно перестаёшь удивляться. Вот Фушигуро Мегуми и не удивляется. / Кому-то жизнь подбрасывает кота в мешке, а кому-то — тигра.

До рассвета оставалось много часов, и Мегуми Фушигуро ещё никогда в жизни так сильно не хотел просто уснуть — провалиться в счастливое небытие, где его сознание было бы занято кошмарами, а не тем, как поудобнее лечь, чтобы меньше болела голова, или как вдохнуть три раза подряд и не зайтись в приступе кашля.

- Это что, блин, такое? – с сомнительным видом спрашивает Фушигуро, тыкая кисточкой в розовую массу в миске.

Он пялится в свой кофе с упорством безумца и, вспоминая обжигающее тепло чужих пальцев, молится, чтобы все это оказалось лишь очередным проклятием, а не тем, что он думает. Проклятия изгонять он умеет, чувства же – не особо. Да и какого рода эти чувства?