Княже мой, княже, Шелкова пряжа До ворот твоих мне дорогой легла. Враже мой, враже, Грозна твоя стража, Что ж от меня-то не уберегла? © Мельница "Княже"

Фёдору постоянно снится знахарка Агния. Недовольный Басманов думает, что его приворожили и отправляется к девушке, чтобы заставить снять ворожбу.

Иногда снять порчу гораздо быстрее и проще, чем разобраться, что за хворь терзает сердце и разум.

Она была готова поклясться, что ни у кого и нигде не видела таких глаз. Словно поле, усеянное васильками, они сверкали и придавали своему обладателю колдовской, демонический вид. В первую их встречу знахарка запомнила его необыкновенно нежные для мужа черты лица, которые никак не складывались с крепким молодецким станом. Не ведала Агния, что больше заворожило в Басманове, его лик или очи. Не здешним он казался, а заморцем, коих у царя на службе было немало. А ещё волосы, как воронье крыло...

Давно он желал её. Сначала отрицал много и долго, но вскоре сдался. Уж слишком необыкновенной казалась юная знахарка для опричника. То в мужском ходит, то у костра пляшет, то с духами разговаривает. Ретивая, упрямая, она сама словно огонь. И глаза у нее, как горящие угольки, как бусинки янтарные, как зарево солнечное.

Фёдор Басманов ходит по лезвию ножа каждый день, каждый час, каждую минуту. Ошибаться опасно: на кону твоя жизнь.

Усмехнулся Басманов — правду про него сказывают, в юбке перед царём пляшет. Да разве ж ему оттого плохо? Как бы не так, Фёдор и сам не прочь перед государем покрасоваться, а уж в юбке ли, или вовсе без неё — не столь важно.

Царская любовь страшная, тайная и манящая, особенно когда твой государь, твоя любовь — древнее зло...

как Иоанн любил Федора, пожалуй, сам Бог не знал. [соулмейт!ау, в которой метка родственных душ проявляется на двадцать третий день рождения.]

Где ж это видано, чтобы царский кравчий безбожницу оплакивал?

Фантазии о том, какой должна была быть последняя сцена 1 серии новеллы «Рифмы и тени»

Сердце Басманова забилось быстрее. Его пронзило жгучее желание схватить знахарку за длинные кудри так, чтоб она вскрикнула от боли, запрокинуть красивую голову и испытать ее губы в неистовом поцелуе… А то и самому пустится в пляс, чтобы ее гибкий стан обвился вокруг его, чтоб их руки сплелись, чтоб зазвенела в ухе длинная серьга — подарок царя…

Как в единое сливаются холодный блеск сапфиров и пламень янтаря.

— Суженому совсем не обязательно быть красивым, мышка. Пусть лучше он будет смелым, сильным, с большим добрым сердцем, — мама расплетает косу и ласково проводит по волосам рукой, — и никогда не разобьёт твоё.

Этот рассвет Агния встретила в теплой постели

Май — месяц переходный меж летом и весной, и чувства человеческие тоже в это время меняются. Считается, что любовь тогда всё ещё яркая и чистая, как сияние звезд в небе, но уже достаточно крепкая, чтобы в ней не сомневаться.

Каждый наглец должен знать, что его место у ног ведьмы. Агния затевает опасную игру.