Вина и ненависть к себе пожирает Серёжу изнутри, но бритва является неплохим спасателем. Точнее, являлась, пока в один прекрасный день, когда от собственного отражения вновь начало тошнить, бритва не оказывается пропавшей, а Олег - познавшим истину.

Сначала признаки селфхарма были совсем незаметными и скорее неосознанными: слишком горячая вода, пока он мылся, полумесяцы от ногтей на внутренней стороне ладоней. Позже, когда вернулись осознанные мысли и помутнение от таблеток прошло, самоповреждение стало способом взять под контроль свою жизнь, получить мнимое чувство ответственности за свои действия. Или драббл, где Сережа страдает селфхармом после событий времени ворона, а Олег не может понять, зачем он его спас.

— серёжа… сереженька… что же ты делаешь, серёжа! — сквозь слёзы шептал волков, осторожно касаясь изрезанного бедра парня.

— я обещаю, больше не буду!.. ещё раз... ещё раз повтори мое имя. — последняя фраза была сказана настолько тихо, что по задумке Сергея, Олег в принципе не должен был ее слышать. но, видимо, удача сегодня не на его стороне

Олег ещё в детстве нашёл друзей, с кем, как он считал, будет до конца. Однако, после гибели родителей в его жизни появился человек, из-за которого он раз и навсегда пересмотрит своё отношение к дружбе, любви и жизни в целом...

Он пережил, когда Олег ушёл в армию. Еле справился с его уходом в наёмники, но ещё один его уход не переживёт

Серёжа с детства любил дождь. Любой дождь: и тот, что едва ощущался непокрытой головой, и тот, что мелодично барабанил по крышам, равномерно образуя лужи, и тот, который хлестал часами большой водяной стеной, под который выходишь и можешь сразу выжимать одежду, настолько быстро намокала. Вот он стоит посреди улицы, голову к серому небу задрав, почти голышом, а вокруг – ни души. Это успокаивало, ведь никто не будет удивляться, почему он застыл под ливнем почти в чём мать родила.

Один любил,другой был любимым

Олег прикурил сигарету и затянулся, глядя на серое, низкое небо. Жаркое марево Сирии осталось позади, и теперь он вдыхал влажный воздух почти с наслаждением. Почти – потому что причина вернуться в родной город была отнюдь не радостной.

Олег ходит вокруг него кругами и ступить ближе не находит сил, все ждет, когда Серый бросится на него и тонкими расцарапанными пальцами придушить решит. А Сережа разве что не на стену лезет, и дурно, и мерзко, и страшно от себя, и хочется псиной выть и ползти под олегову руку. Или альтернативная концовка МГИ, где Олег все же сбегает с Сергеем и пытается решить его беды с головой.

Серёжа всё же выключает телефон, затем роняя голову на сложенные руки. Он не должен мешать Олегу учиться. Нужно хотя бы раз в жизни выключить эгоизм и справиться со своей поломанной психикой самостоятельно. Как же хочется взять нож и… Нет. Нельзя. Разумовский не может себе это позволить. Нужно успокоиться. Вдох, выдох, вдох, и какие там ещё дыхательные упражнения? /AU, где Серёжа в глубокой депрессии.

Крылатый монстр в груди у Разумовского жаждет тьмы. Волков появился и зажёг свет.

Очень часто людям нужна помощь, но они об этом молчат. К чему же может привести подобное поведение?

Оглядываясь назад, всë случившееся - вина Олега, потому что он не подумал. В его защиту можно сказать, что когда он говорил, что привело всё в движение, он был достаточно занят тем, что называлось ртом Сергея и его возбуждённое тело на нём самом. /// Олег совершает ошибку, Птица воспринимает это слишком близко к сердцу а Серëжа просит хочет перерыв. Принимая брошенные вызовы, Олег показывает большое количество похуизма, любви, и они прорабатывают это. А, да, ещё тут есть высокие каблуки.

Пожалуйста, будь моим, пожалуйста, будь моим смыслом. Мы одни на целой земле, в самом сердце моих картин.

— Да он нормальный на самом деле. Иногда бывает, заносит, но у Сереги сложный период сейчас. |олег – тату-мастер, который знакомится в общей компании с сергеем разумовским – довольно известным художником, и ему становится интересно. очень.|