После долгих лет одиночества, которые он провел, воспитывая ребенка, Минхо знакомится с учителем по фортепиано своего сына, который невероятно сексуальный, милый, нежный и на шесть лет моложе его.

Джисон ненавидит отопление в общаге, разделяющие их с Минхо полметра с тарелками, гранатовое вино, историю языка и ебучий оккультизм, за который ему точно влепят третье предупреждение. А Минхо всегда и всё замечает, но влюблённость Джисона — нет.

Быть отцом-одиночкой пятилетнего ребенка тяжело. Это постоянный труд, где нужно успевать и деньги зарабатывать, и отличное воспитание ребенку дать, и даже поиграть успеть в перерывах между пациентами в травматологии. Но куда тяжелее быть влюбленным в воспитателя своего сына, с которым ничего быть не может, но хочется до невозможности. Или, история о том, где Джисон - влюбленный трус, а Субину, маленькому мальчику, надоело ждать, пока отец рискнет стать счастливым.

— Эй, детка, не хочешь сесть в пируэте на моего железного коня? — Пируэт — это полный оборот на месте, придурок. Или история об одном рокере, ничего не смыслящем в балете, и танцоре балета, почему-то заинтересовавшемся электрогитарой.

— В жизни много разного дерьма случается, это ни для кого не новость. Но если тебя что-то в ней не устраивает — меняй. Меняй, Феликс, и не бойся никогда чужого осуждения, потому что это только твоя жизнь и никто не вправе решать, как тебе её проживать. После произнесённых Хёнджином, парнем, всю жизнь прожившим во Франции, слов Феликс почему-то подумал, что наконец-то встретил того, кто способен залечить его главную рану на сердце.

Минхо ранним утром просто хочет полюбоваться постом с милым рыжим котом, но у парня, который размещает в комментариях к этому самому посту видео своего кавер-танца и напрашивается на критику, свои планы.⠀Или же история о том, как Минхо не верит в дружбу и отношения по интернету, но Хан Джисон становится его первым и единственным исключением.

Они написали десять пунктов на каникулы. Десять пунктов позора — дурацкого, неловкого и смешного.

когда студент-писатель, который переживает творческий кризис, встречает застрявшего в лифте студента вокального направления, случается рождественское чудо

А еще звезды говорят Джисону, что для полного счастья ему нужен скорпион в деве. Дева это он. А скорпионом оказывается Минхо, к которому Джисон и так подкатывает долго, упорно, но безрезультатно. И если Минхо в какой-то момент окажется в нем, что ж, это точно будет счастливым моментом.

Их первую встречу сложно назвать удачной, прямо говоря, это было катастрофой. Но жизнь распорядилась так, что для достижения целей группировки Минхо и Джисон должны были совместно выполнить часть работы и попытаться не убить друг друга в процессе. Чанбин не понимал, что требует невозможного...

Очаровательный бариста Минхо всегда откладывает для Джисона чизкейки, мило улыбается и ведёт себя так, будто флиртует. Джисон убеждён, что это просто его работа.

Наверное, Джисону не стоило ехать домой к своему бывшему. Это была плохая идея, не так ли?

Есть Минхо, который считает, что, если его не могут любить, пусть используют. И есть Джисон, который вот-вот разрушит такой привычный для него порядок вещей. или: Джисон узнает, что его лучший друг – его любимый кэмбой-стример.

Пьяному Минхо, проигравшему желание своим друзьям, предстояло опозориться перед техподдержкой своего банка. Но тогда он ещё не знал, что это приведёт его к горячему менеджеру Хан Джисону, который на сообщение Минхо «Я хочу трахаться» совершенно неожиданно ответит: «Мне как-то помочь тебе с этим, малыш?».

— Пришёл проводить свою бывшую жену в новые отношения. Не помню, это ее третий брак или четвертый? — Четвертый, – отвечает Джисон. – Третий брак был со мной.

Хёнджину было суждено влюбиться. Только вот кое-кто не захотел выполнять свою работу. Но влюбиться Хёнджину это не помешало.

Любить кого-то вроде Минхо – это как остановиться под летним ливнем, с широкой улыбкой подставив лицо каплям, но потом неделю валяться в постели с простудой, потому что весь вымок и продрог, возвращаясь домой без зонта. Любить его – это как втянуть в рот порцию вкуснейшей лапши в конкретном ресторане, в который неделями хотел попасть, но обжечь рот так, что язык ничего не почувствует еще дня три.

— Хорошо, зефирка. Ставка? — Если я выиграю, — сказал Минхо, глядя прямо в глаза мужчине. — Ты раскроешь мне свой самый большой секрет. — Ты не так прост, как кажешься, зефирка. Мне это нравится. Ты заинтриговал меня, — Джокер расплылся в улыбке и сел ровно, наклонившись над столом, чтобы стать чуть ближе. — Перестань пытаться меня обольстить, — раздражённо сказал Минхо, закатывая глаза. — Лучше скажи, что хочешь ты. — Твое тело. — Я в деле.

Два месяца — слишком маленький срок для того, кто только мечтал начать жизнь с чистого листа. Джисон привык, что судьба распоряжается по-своему, не считаясь с его желаниями, но какие ещё сюрпризы его ждут впереди?

В чёрном-чёрном городе на чёрной-чёрной улице жил чёрный-чёрный человек. Сердце у него было чёрное и поступки чёрные. Он был таким чёрным-чёрным, что растворялся во тьме.