Затем он увидел спортивную сумку. Это было чертово месиво: ремень сумки был почти оторван, но он все еще сиял неоном в темноте ночи и свете уличных фонарей. Нил бы никогда... Он опустился на колени рядом с вещью и обшарил ее в поисках каких-либо знаков, хоть какой-либо подсказки относительно того, куда Нил мог скрыться. Ничего, ничего, ничего. Пока его пальцы не нашли ключи. Пока они не нашли мобильный. /Взгляд Эндрю на события в Бингемтоне и на ходячую трагедию в лице Нила Джостена./

Здесь вы можете увидеть мои хедканоны по мальчикам из ВРИ.

Он знал, что у Жана были шрамы. Услышать о его травмах и некоторых вещах, которые происходили в Гнезде, было совсем не то, что столкнуться с доказательством этого. Он думал, что был готов, что, поскольку он знал, что они там, это не будет таким шоком. Джереми был неправ.

Эндрю глядит вверх со скучающим лицом. Но пылающие щеки, влажные от слюны губы и потемневшие глаза выдают его с головой. Нил не может сдержать усмешки: — А я забил тебе гол на тренировке, — ухмыляется он. Пальцы Эндрю танцуют по его бедру. Короткие ногти скользят по коже и тонким волоскам на внутренней стороне бедер. — Правда?

Трилогия «Всё ради игры» от лица Эндрю Миньярда.

Эндрю всегда нуждался в контроле всех сфер своей жизни. Но Нил всегда был исключением: тем, кто бросал вызов ожиданиям Эндрю и завоевывал его доверие. Теперь, с Нилом, Эндрю чувствует, что наконец-то может попробовать отказаться от контроля. // (доступна озвучка фанфика!)

[бегущие с волком] Нил, который немного боится волков, Кевин, который дружит с одним, и Эндрю, который как раз и есть этот самый волк. или сборник драбблов про оборотня эндрю, человека нила и (тоже) человека кевина, которые заботяться друг о друге.

В третий раз, когда Ники спрашивает, он отвечает: — Я уже встречаюсь кое с кем. Это ложь. Лицо Ники озаряется, как ясное небо, глаза расширяются, а челюсть отвисает: — Да ладно! С кем? Мысли Эндрю мечутся в тысячу сторон, ища ответ, отвлекающий маневр, очередную ложь. Краем глаза он подмечает выходящего из раздевалки Нила со влажными кудрями и перекинутой через плечо сумкой. — С Нилом, — говорит Эндрю, и Ники стоит с глупым видком, ошарашенный, и жаждет узнать больше. ➤

Нил отрубается спустя пару минут. Он всю ночь провёл на ногах, игнорируя «слишком сладкие» лекарства, и не ложился, чтобы его кашель кого-нибудь не разбудил. Эндрю смотрит на Нила – у него во сне приоткрыты губы и выражение лица непривычно мягкое – и думает, каким спокойным выглядит человек, под камерами бросающий вызов мафии. Внутри кто-то будто приоткрыл грудную клетку и засунул под рёбра целое солнце. (Или пять раз, когда Нил засыпает на Эндрю, и один раз, когда всё происходит наоборот).

Когда это происходит впервые, Эндрю абсолютно теряется. Это случается ранним утром. Эндрю дрейфует где-то между сонной негой и бодрствованием. Нил, рукой мягко обнимая его поперек живота, тепло прижимается к боку. — Дрю… — шепчет он, — иди сюда, детка…

В касаниях Нила Джостена есть что-то такое, что заставляет парить в облаках. Это все, о чем Эндрю может думать, когда Нил льнет к нему, баюкает лицо в ладонях и целует так, словно от этого зависит их жизнь. Будто они достигли максимальной высоты, и воздух разряжен; так, будто Эндрю — его кислород. Это головокружительно пьяняще и одновременно пугающе. И каждый раз, стоит Нилу отстраниться — глотнуть воздуха, Эндрю притягивает его обратно. Ему всегда будет мало. Как сейчас, например.

— С рубашкой или без? — спрашивает Нил, опускаясь на колени рядом с Эндрю. Эндрю вопросительно клонит голову: — Ты можешь сделать мне массаж даже через рубашку? — Могу, — легко соглашается Нил, — но, наверное, будет не так эффективно и ощущения не будут такими приятными. Хотя все, что для тебя комфортно — это отлично. Я постараюсь.

Они не обнимаются, пока еще не обнимались, по крайней мере. Нил готов попробовать, но не уверен, что по этому поводу думает Эндрю. Он не хочет нарушать эту границу, если она существует, поэтому и не просил об этом. До сегодняшнего дня.

— Ты, наверное, никогда её не встретишь, — сказала его мать однажды в закусочной в Техасе. Это застало его врасплох. —Что? — Ты, наверное, никогда её не встретишь, — повторила она, кивнув в сторону сиреневого синяка, расплывшегося по его предплечью. — Твою вторую половинку. Скорее всего, ты не проживешь так долго. — Я знаю, — сказал он и надеялся, что она ему поверила. -- В которой синяки и шрамы от твоей половинки появляются на твоей коже, и Нил и Эндрю рисуют друг друга как на холсте.

Кевин - вампир. Это факт, а факты - это то, с чем Эндрю может смириться. С чем Эндрю не может справиться, так это с тем, как Кевин продолжает облизывать губы.

Кевину постоянно нужно на что-то опереться. Это не вызвано чем-либо, это не механизм преодоления или ответ на какую-нибудь из его многочисленных травм, как ментальных, так и физических. Но это постоянная нужда.

Такое утро — лучшее, о чём Эндрю мог мечтать, начиная с университетских лет.

Первая мысль Кевина, когда он просыпается – почему ему так холодно и жарко одновременно. Вторая мысль Кевина – это не мысль даже, это легкий трепет, вызванный осознанием того факта, что он уснул в обнимку со своими парнями. или Кевин просыпается в довольно неловком положении, а его парни решили поиздеваться над ним в лучшем из смыслов.

— Тебя всегда достаточно, — произносит Эндрю твердо, выделяя каждое слово, и настолько точно попадает в мысли Кевина, что того пробивает дрожь. — Никогда не позволяй никому говорить иначе. Я не позволю. — Кевин открывает рот, чувствуя, как падает, просто несется в глубокий обрыв любви к этим двум парням, но в итоге не может найти слов. Поэтому он просто кладет ладонь поверх руки Эндрю, лежащей на его скуле, и ещё несколько секунд они лишь смотрят друг другу в глаза, не двигаясь.

Нил очень волнуется. Когда он упомянул в разговоре с Кевином и Эндрю, что на время летит в штаты, они неожиданно предложили ему остановиться у них. Чтобы не переплачивал за отель или съëм квартиры. Нил согласился не сомневаясь. Они общаются в сети так долго и это такая хорошая возможность наконец увидеться и провести время вместе, не разделённые экраном.