В мире, где с наступлением двадцати люди, предопределенные друг другу Судьбой, получают идентичные друг другу метки, Минхо с Джисоном понимают, что их метки различаются. Несмотря на это, их история все ещё о любви.

– Как так вышло, Ли Минхо, что, после стольких лет, ты всё ещё здесь, со мной?

– Думаешь, раскусил меня? – почти шепчет Джисон. – Надеюсь, – Минхо слышит его прерывистое дыхание и вдруг чувствует некое удовлетворение. – Не боишься пожалеть об этом?

Минхо не просто выглядел реальным, он был реальным. Джисон мог ощущать тепло под своей ладонью, касаясь его щеки; а глаза его все также стеклянно поблескивали при лунном свете у озера. — Я пришёл за тобой, Хан Джисон, – прозвучало глубоко, таинственно. Джисон, не задумываясь, положил свою ладонь в его руку. Потому что с Ли Минхо он готов пойти куда угодно. До самого конца.

— Ну так... о чем ты мечтаешь? — Хм... – Ли задумался. — Хочу, чтобы меня полюбили. По-настоящему полюбили. А ты? – он повернул голову в сторону Джисона и почти столкнулся с его носом, смущая парня. — Пoлюбить, – прошептал Хан, глядя Минхо в глаза. — И, кажется, моя мечта уже исполнилась.

Можно стереть любовь из памяти. Выкинуть из сердца — это уже другая история.

Дети Океана рождаются с яркими лазурными глазами, которые предсказывают их судьбу с первых же секунд. Свободная жизнь до 21 года. Затем, после сложения кого-то из старейших полномочий с себя, их в очередном порядке забирают в башню без права на отказ. Они являются почитаемыми защитниками острова, мудрецами с особо чуткими и сильными душами. Их будущее предрешено. Будущее Минхо, Джисона и всей их компании, в свою очередь, остаётся за ними. Всё-таки у них всех карие глаза.

У Минхо не было опыта в обращении с паническими атаками, все его знания ограничивались парочкой статей, которые он пролистал, узнав, что у Хана случаются такие приступы. Но это было давно, и Ли старался задвигать эту информацию куда поглубже, малодушно надеясь, что она ему не пригодится. И вот он, здесь, сидит напротив всхлипывающего младшего и понятия не имеет, как ему помочь.

Каждый человек рождается с предсказанием. Крохотный отрывок будущего, навечно запечатлённый в сознании. Он даёт надежду, будоражит сознание, вызывает интерес к тому, что ещё не произошло. Но только не для Джисона. Джисон видит своё предсказание каждую ночь и просыпается с колотящимся сердцем. Судьба решила, что он должен потерять любимого человека, но он не готов с этим мириться

Прошлой весной, за неделю до переезда Джисона в Малайзию, Минхо признался ему в чувствах. На которые ответить взаимностью Джисон не смог. Теперь не отвечает уже Минхо. Ни на одно из отправленных Джисоном сообщений. А еще Минхо больше не танцует со своей командой и вечно жует жвачку.

Минхо всегда возвращается.

– Это было важное совещание, ты же понимаешь? – Минхо спрашивает тихо, а тарелку намывает так, будто пытается протереть в ней дыру. – Очень важное. Джисон только пожимает плечами и говорит на самом деле беззаботно: – Да, хен. Все в порядке. Я не обижаюсь.

– Можно? – голос у Минхо такой высокий и почти срывающийся, что Джисон даже открывает глаза, чтобы убедиться, все ли со старшим в порядке. С Минхо абсолютно точно ничего не в порядке. У него огромные, бездонные глаза, в которых сверкает пыль самых прекрасных звезд давно исчезнувших галактик, раскрасневшиеся и припухшие губы с еле заметными ранками от нервного прикусывания и пальцы, теребящие подол домашней футболки Джисона. – Тебе можно все, – Джисон еще никогда так не верил в то, что говорит.

Минхо, к сожалению, еще помнит то, как было раньше. Минхо, к счастью, уже привык к тому, что есть сейчас.