Во время подготовки к похоронам своего отца Сириус Блэк знакомится с необычным священником и предлагает ему помочь с написанием надгробной речи для Ориона Блэка. В это же время Сириус начинает общаться с таинственным басистом из поп-панк-группы, с которым он случайно поменялся телефонами. В конце концов, разговоры между ними начинают сливаться воедино, и Сириус не может решить, в кого он влюбляется сильнее.

— Что будешь пить? Чего ты хочешь?  Чего ты хочешь, а, Сириус?  Блять, хороший вопрос, потому что на самом деле он хотел только одного — хорошего такого члена.

Ремус хочет помочь, Сириус учится кое-чему новому. Диван слишком тесен для этого.

Итак, подводя итоги: у него похмелье; он собирался умереть от обморожения в ближайшие пару часов; женщина за прилавком желала его смерти; его друзья — гребаные мудаки, забывшие его на гребаной заправке посреди германской глуши, и… какой-то парень со шрамом на лице пялился на него так, будто он был самым увлекательным зрелищем на свете. Его ухмылка выглядела… интригующе. Сириус постарался не думать об этом. С его-то везением этот парень, скорее всего, окажется каким-нибудь чертовым маньяком.

С каждым годом эта зависимость становилась только сильнее. Одного лишь звука щелчка ремня и расстёгивания ширинки Ремуса было достаточно, чтобы рот Сириуса наполнился слюной, как у собаки Павлова после звонка.

За два года секса по дружбе с Сириусом Блэком Ремус Люпин понимает, что беспросветно в него влюблён. Когда он решает открыть свои чувства, то получает жесткий отказ. Но проходит время, и до Сириуса внезапно доходит, каким же идиотом он был.

Это всё Поттера вина. Если бы он не протащил в общагу ту бутылку Огневиски, ничего из этого бы не случилось!

Римус в замешательстве, а Лили в ярости, когда в больницу Святого Мунго, где они работают, устраиваются хирургами ее бывшие одноклассники — Джеймс Поттер и Сириус Блэк.

Когда Сириус Блэк, режиссер фильмов о дикой природе, приезжает на отдаленный арктический остров на год, его не пугает ни ледяной ветер, ни вечная темнота, ни враждебность, с которой к нему отнеслись некоторые биологи на исследовательской базе. Он привык переезжать с места на место. Ему комфортно в любых, самых неумолимых условиях. Он ожидает, что мир будет настроен к нему враждебно. Но он не ожидает, что влюбится.

Илья каждым своим действием как будто спрашивал: «Как ты? Я надеюсь, ты в порядке? А вот так?» Влад говорил: «Хочу, чтобы тебе было так охуенно, что хуёво аж. Хочу и сделаю». Олег упивался обеими этими гранями и совершенно не представлял, какую из них мог бы выбрать в теории. Ему нравились обе. Ему нравились оба.