Во всем мире есть лишь один человек, способный излечить тебя. Твоя судьба, твоя родственная душа, твоя единственная любовь. Хуа Чен не хотел даже слышать об этом. Ведь свою родственную душу он ненавидел.

В процветающем портовом городке ходила одна легенда, что именнитая аристократка, госпожа Хуа, страдающая от продолжительного бесплодия забеременела и родила двух мальчиков, но вот в чем проблема, муж от неё ушел за месяц как она узнала о беременности и не признавал детей, а новый муж появился лишь когда женщина была уже на четвертом или пятом месяце беременности. Как две капли воды похожие на свою матушку, у мальчиков была маленькая особенность, а именно у каждого один глаз был красного цвета.

Се Лянь с Хуа Чэном решают воспользоваться «услугами» демона, пожирающего воспоминания, чтобы додать Умину немного любви.

Это очень странно — впервые за восемьсот лет проснуться и осознать, что ты больше не влюблён. Хуа Чэн ощутил привкус новой реальности на кончике языка ещё до того, как открыл глаза. Даже воздух казался иным: спёртым, странно пахнущим. Не открывая глаз, он проверил, всё ли в порядке с его прочими чувствами и мыслями, и не нашёл никаких отклонений. За исключением одного… Впервые за восемьсот лет он подумал о Се Ляне и ничего не почувствовал.

Его чувства хрупкие, как лепестки цветов, но Умин бережно хранит их, взращивает внутри себя, чтобы в один день преподнести их своему принцу. Но Се Ляню требуется непозволительно много времени, чтобы осознать их ценность.

хуа чонгус @flowercity • 35m @xielian я влюблен в тебя как пользоваться твиттером @xielian • 15m ответил @flowercity х

Эмин ненавидел парня по имени Се Лянь, на которого внезапно и отвратительно сильно запал его отец.

Трилогия «Всё ради игры» от лица Эндрю Миньярда.

Ответ из блога Норы на просьбу рассказать подробней о том, что именно делал Рико с Жаном.

Когда Алья с Нино разговаривали о влюблённости Маринетт в Адриана, они знали, что тот находился в кладовке. Но когда Алья обнаружила, что кладовка пуста, то она прекратила осторожничать, рассказала Нино про подробности сталкерства Маринетт, не забыла упомянуть про неудавшиеся признания в любви. И они составили план по сведению друзей. Только в этот раз никто не имел понятия о том, что злая и смущённая Маринетт застряла с прифигевшим Нуаром в той самой кладовке, и они оба всё слышат.

« — Я хотел тебя спросить кое о чём. — Да? Секунд двадцать Муан молчал, собираясь с силами. Шен терпеливо ждал, чувствуя, что подгонять его нельзя. Всё это казалось ему забавным. Он не чувствовал, что это плохой вид волнения, поэтому с любопытством ожидал, что же… — Что ты делал вчера ночью? Вчера ночью? Ох, вчера ночью...»

Ер выпрашивает у Системы задание, чтобы получить дополнительных баллов. К его сожалению, заданием оказывается взять интервью у самой сладкой парочки на свете.

Гарем!AU. Ло Бинхэ — император с наклонностями мазохиста, Шэнь Юань — старший служащий в гареме, лжеевнух, сурово воспитывающий своих непутёвых подчинённых.

– Это кристаллы драконьей крови. Я купил их для тебя, потому что они согревают зимой. А ещё они чувствуют духовную энергию, и если хозяин, эм, – Мо Жань отвёл смущённый взгляд и замялся, подбирая слова: – ... возбуждён, то они светятся. – С твоим кулоном что-то не так. – Почему? – Он светится постоянно.

Се Лянь лежал, запрокинув голову, в нетерпении ожидая продолжения чувственных ласк Хуа Чэна. В этом положении его шея была полностью открыта и манила оставить на ней поцелуй. Но долгое время никто не мог ее видеть из-за проклятой канги.

Принц оглаживает его правую скулу, проводит пальцем по контуру чёрной повязки и поддевает тонкую нить, намереваясь убрать лишнюю ткань с лица Хуа Чена, но его запястье перехватывает рука демона.

Обращаясь к принцу, Хуа Чэн серьезно спросил: – Какой иероглиф гэ-гэ хочет увидеть? Немного подумав, из под одеяла ответили: – Любовь.

Се Лянь не мог точно сказать, когда это началось. Наверное, тогда, когда агатовые и заманчиво блестящие глаза внимательно посмотрели на него, а изящные губы изогнулись в ироничной улыбке. Или когда сильные руки задвигались в четкой ясной последовательности жестов и спокойно «сказали» ему все то, что не могли понять остальные студенты. Или когда его снова назвали «гэгэ», и… || AU, в котором Се Лянь нем, а Хуа Чэн добивается своего самыми разными способами и «случайными» встречами.

— Возможно, — медленно начал Хуа Чен, впервые выглядя человеком, а не богом, с особой тщательностью выбравшим человеческое обличие для путешествия по этому малозначимому и скучному миру смертных, — я мог немного соврать моей группе. Я мог сказать им, некоторым из них, совсем немногим, что женат. — Хорошо, — ответил Се Лянь, предполагая, что тот говорит о своем особенном человеке. — На тебе. — Что?

У Се Ляня уютная квартира, белый хорёк по имени Жое, куча студентов и корзина проблем, собранная из вечных фиаско в отношениях, одиночества и старой незаживающей психологической травмы. У Хуа Чэна друг-аутсайдер, своя арт-студия и маленький с пулей в голове фенек. А ещё у Хуа Чэна дикий запас из любви и заботы, и теперь, кажется, он знает куда всё это девать.