Мнение Уёна всегда имело весомое значение для Сана. Когда Уён во время совместного шоппинга посоветовал ему не покупать футболки размера L, потому что они слишком сильно облегают тело, Сан перешёл на XL. Это был довольно… необычный совет, который омега мог дать альфе, но именно таким образом Уён попытался спасти Сана от назойливого внимания многочисленных воздыхателей; и, чего уж таить, от самого себя в том числе.

Вступая в игру в покер, Минхо не догадывался, что она может стать последней. Для него это больше, чем просто риск — это шанс подарить Джисону лучшее будущее, даже если для этого ему придётся пожертвовать собой. Эта история про того, кто жил и умер, но все ещё живёт. — Я говорил тебе, что не убью за тебя, Джисон. Что ж, я частично соврал. Потому что я за тебя уничтожу.

— У нас нет другого выбора. Все, кто попал сюда, хотят и надеются на возвращение к жизни. Нам ничего не остаётся, кроме как сплотиться и действовать сообща. — А есть... Есть хоть какой-нибудь шанс, что мы вернёмся? — Никто не знает. Возможно, надежда лишь на тех, кто находится там — в реальной жизни.

Уён находился в прекрасном расположении духа; даже противный липкий снег, идущий стеной с самого утра, не мог омрачить предвкушение вечернего празднества, от которого внутри подрагивало сердце. Такое чувство знакомо каждому: когда вы думаете о чём-то грядущем и приятном, то вас распирает от всевозможных чувств, вы теряете контроль над собой, и ваши руки и губы дрожат, а в груди разливается тепло, словно нагретые солнечными лучами вьюнки сплетаются между рёбер.

Кейт тянет в красновласый омут бабочкой, летящей на огонь с оторванными крыльями. Вай же ломает выстроенную годами систему и заполняет пустоту.

— вновь пытаешься затискать меня? - с усмешкой спрашиваю , отводя взгляд от книги, перемещая его на тускло горящий ХИС. — Неет, ну только если немного - мурлычет Анна и я чувствую обжигающее дыхание на затылке - что тебя тревожит? Ты такая напряженная Издевается. Нет другого слова, чтобы описать её действия — Мне просто нужно работать, Анна

Ву падает в крепкие объятия и позволяет медленно отодвинуть ворот тонкого шёлкового халата, открывая доступ к покрытым засосами ключицам — стилисты точно сделали бы ей выговор, а затем и её телохранительнице Санни, но как хорошо, что у них обеих сейчас заслуженный отпуск после камбэка.

Принца Джисона собирались женить ради союза и заставить забыть о собственных желаниях. Но все меняется, когда его похищают. Минхо должен был стать угрозой, а стал тем, кого Джисон искал всю жизнь. И вместо побега обратно во дворец он делает другой выбор. Он остается. Потому что впервые чувствует, что может быть собой. — Я понял, что лишь утратив все до конца, мы по-настоящему обретаем свободу.

— Что ты несёшь, Чонгук? — Тэхён не удивлён, только вот слышать всю эту грязь в свою сторону неприятно. — Майки твои эти блядские, — продолжает Гук. — Нет другой одежды? Нахуя ты их таскаешь всё время и демонстрируешь бицепсы? Для кого? Я видел! Для арми? Они и так в обмороке. Кого ты там пытаешься соблазнить, Тэхён? Кого, отвечай?

О родителях усанах и сонджунах, о трёх непоседах и принцессе, о магии тепла и уюта, о вкусной выпечке, шумных семейных посиделках и фотографиях на магнитах.

Нил идёт по коридорам корпуса альф быстрым шагом, заранее посмотрев путь на карте этажа, чтобы не заплутать. Завернув за угол, он впечатывается в чьё-то широкое и твёрдое тело, шипя от силы удара. — Смотри, куда прёшь, — сдерживая рык и клыки, цедит Нил, осматривая человека, который задерживает его. Это альфа, очевидно, с почти что белыми волосами и пронзительными карими… Нет, какими-то даже ореховыми или янтарными глазами.

Он вжался лбом меж острых лопаток, прикрыв глаза и отдавшись странно-уютному чувству. То, чем они занимались, больше его не отвращало; напротив, он искренне жаждал тех моментов, когда Хикару стыдливо смотрел на него большими глазами с красными точками-зрачками посреди лазурной синевы. Этот взгляд всегда говорил сам за себя — существо хотело. Оно хотело Ёшики. Хотело его целиком, поглотить с головы до ног, но все равно довольствовалось малым.

На самом деле Уён не был особо против компании в лице Чонхо. Он альфа вежливый, спокойный и, самое главное, рядом с ним Ёсан выглядит счастливым, как никогда раньше. Но сам факт того, что придётся целый вечер подстраиваться под незнакомого альфу — а Уён почему-то уверен, что одногруппник, которого пригласил Чонхо, именно альфа, — выводит омегу из себя.

С того момента, как у Уёна появилась пара, прошло почти два года, но родители до сих пор не приняли Сана — альфу их единственного сына — в семью. Да, они были необычной парой, но Сан в буквальном смысле спас Уёну жизнь, в то время как альфы из деревни с самого детства высмеивали его за непростой и «слишком бойкий для омеги» характер. Более того, никто никогда не заботился о нём лучше, чем Сан, поэтому Уён был настолько уверен в своём выборе, что решился создать свою собственную семью.