Любить Альдо в Агарисе было так же естественно, как дышать, и Робер делал это не задумываясь, не прилагая ни малейших усилий, не представляя, что может быть иначе. Сейчас он ощущает себя так, словно у него сломаны ребра, и каждый вдох требует предельного напряжения, разжигает в груди маленький костер, и это больно. Любить Альдо – больно.

Альдо снова танцует для своего повелителя.

Накануне Осеннего Излома Робера посещает гость.

Алва отпустил Эпинэ после суда Бакры, но этому предшествовали один разговор - и одно старое воспоминание.

Три сна на границе яви и времён.

Уроки истории заключаются в том, что люди ничего не извлекают из уроков истории. Сбываются древние пророчества. Разбиваются оземь щиты павших воинов, Смерть приходит к выжившим и забирает их жизни. Крылатые чудовища уничтожают в огне города, а серые мыши крадут у людей их мысли и чувства. Стучат по старому камню королевские каблуки, узурпатор снова идёт к захваченному предками трону, а настоящий наследник скрывается в тёмных лабиринтах разрушенного города. История начинается.

Для Альдо шрамы Робера, все эти четкие линии, едва заметные штрихи, выпуклые точки — атрибуты древнего бога, которым он, язычник, не менее, поклоняется. Невесомо касается кончиками пальцев, дует, вызывая усмешку, целует и ведет по ним языком.

Раз за разом Роберу снится один и тот же сон.

То, что герцог Эпине бессовестно влюблен до беспамятства в эти шалые синие глаза, проблема только самого герцога Эпине.

Не то, чтобы Робер был слепым человеком, но иногда Альдо казалось, что в случае с ним Эпине становился ещё и глухим. AU с очень пьяным Альдо и Робером, который просто хочет спать.

Есть большая разница между влюблённостью ребёнка и взрослого человека, Альдо ощущает себя так, словно вырос с этими чувствами

Красивый жест, но, увы, ничего не значащий для принца. Для него что четки из янтаря, что собственное сердце — всего лишь безделушки, которым он цену не понимает, которые не жалко отдать.

В Агарисе было ужасно жарко, душно и тесно. Альдо чувствовал себя птицей, запертой в клетке. Его место не здесь, не среди этих стен и отвратительных людей с их отупевшими от дневного зноя взглядами. Так соловей, рождённый в неволе, всё равно знает, что место ему не в гостиной богача, а в синем небе. Принц без королевства подошёл к окну, печально прикрыл глаза и склонил голову, всем своим видом транслируя отчаяние и беспомощность перед страшными обстоятельствами жизни.

Отношения короля и его маршала гораздо сложнее смерти