Ироническая история о литературных архетипах, творческом кризисе и том, что происходит, когда персонажи выходят из-под контроля.

Сборник хэдканонов о детстве и юношестве Шигараки с появлением в его жизни заклятых друзей.

В каждом городе есть такое место, куда стекаются все обиды и злоба его жителей. Это "Пропасть города". Те, кто вторгаются в эту Пропасть, понимают, что никогда не смогут разрешить эти обиды. Всё, на что они могут надеяться, — это найти выход из Пропасти, прежде чем она их поглотит. /Обычная история про выживание в заброшенной больнице, набитой злобными привидениями, но в китайском сеттинге./

В воспитании детей много «нельзя», зато мало «можно», а что «нужно» — иногда вообще не понять. Быть родителем — сложно.

Осаму Дазай — ребёнок с разбитой душой. Бабочка, которой с недавних пор увенчан трон нового босса Портовой мафии. И тот, кого уже за глаза называют её демоном. Чуя Накахара — Король Агнцев. И он останется им до последнего, даже одурманенный успокоительными, даже в плену в ожидании своей казни. Оба они — дети, убитые взрослыми играми. И обоих их окружают покрытые ржавчиной стены.

Что движет Тимоти Палмером? Любовь? Страсть? На самом деле, Тимоти убеждён: есть особое благородство в том, чтобы не принадлежать самому себе. И Эдмунду его позиция приходится по вкусу. Но что движет Эдмундом? Этим загадочным, похожим на дьявола мужчиной? Психологическая проза с тропом «доминирующий актив/одержимый пассив», где всё не совсем так, как кажется на первый взгляд.

— Ты когда узнал, что эспер? — Когда учредил агентство. Стал директором и нанял первого сотрудника. Тогда начал догадываться. Мори завистливо хмыкнул и утер рукой нос, оставляя горькую пену прямо над губой, как седые усы. — Я понял, что эспер в тот день, — он помедлил, будто решая, стоит продолжать или нет, — когда осознал, что гей.

Он — Феликс Юсупов, мальчик с лицом мадонны и задницей блудницы. Он не верит ни в Бога, ни в стыд, но кланяется тому, кто грязнее всех. Он — Григорий Распутин, животное с глазами пророка, которое трахается, как молится — с жаром, с верой, до боли. В его руках — грязь, кровь, святой угар и власть. И он знает, этот шёлковый мальчик будет умолять. И убьёт только тогда, когда кончит в последний раз. Это «Отче наш» на загаженной простыне.

Иногда выжить — это худшее, что с тобой может случиться. Кирилл знал это с четырнадцати, когда попытался умереть, но не смог. Спокойно существовал в привычной пустоте много лет, пока в его жизни не появился парень, который дал надежду на то, что всё может быть иначе. Но тот, кто когда-то его спас, решил напомнить, что тебя может убить тот, кто всё это время помогал.

Валтор — давний кошмар Измерения, темный маг, демон и просто опасный преступник. Связаться с ним — все равно что сунуть голову в клюв Темному Фениксу. Не то чтобы у Гелии был выбор. Очарование зла, харизма и, конечно, рабская метка — сделают сговорчивым кого угодно. Впрочем, в таком положении тоже есть свои плюсы! Наверное...

- Майки, ты слишком остро реагируешь на это! - воскликнул Дракен и, развернувшись, быстрым шагом направился к выходу из парка. Просто так, бросив своего друга. Снова. Это начало входить у него в привычку.

Вечеринка свастонов. Ханма перепил и блюет в раковину, а Дракен заботливо держит его за волосы. А потом романтика, да и только.

Илья — перфекционист до мозга костей и это касается не только тренировок, но и его тела.

Аарон ходит в кофейню, за кофе, но чуть-ли не каждый раз, начиная с этого вторника, жизнь начинает сводить его с интересной личностью. // или повседневная аушка, НО с немым Аароном.

Майки никогда не задумывался, что рано или поздно ему прийдется пойти в колледж, но увы, беззаботная жизнь рано или поздно должна подойти к концу. Под строгим надзором Шиничиро, юноша поступает в высшее учебное заведение, в которое так же поступило несколько человек из Тосвы. Что ж, теперь, у него новая жизнь. Единственное, что не нравиться Майки, так это самодовольный глава ученического совета. Он готов поклясться, что за наивными голубыми глазами и маской шута, скрывается тот еще ублюдок

А если возвращаться к моей ебучей внутренней драме, то намерения никуда не исчезли. Вы ведь не думали, что пацан из прошлого реально что-то смог изменить? Я напоминал себе, что давно сгнил изнутри, и мое внутреннее ликование и благоговение при встрече с Такаши — не иначе как простая агония, торжество чувств перед скорым их исчезновением. Он реально нежно меня целовал. Даже когда щетина над губой и на подбородке кололась.

Лучше ужасный конец, чем ужас без конца.

Ты уходишь. Я остаюсь в комнате. Ты не пахнешь моей квартирой. Твои кости не лежат в углу моей комнаты. Ты не смотришь на меня так, будто бы тотчас же готов принять смерть ради меня и стать великомучеником. Ты будешь рад, если Майки поковыряется ножиком в твоих глазницах, отхлещет тебя по спине. Ты будешь только рад, милый Хару. [Сборник из всего подряд, что я хотела написать, но долго откладывала. О разном, но чаще — о счастье приобретенном и вновь утерянном]

Вы когда-нибудь думали, что “зона” — это не предел? Что если за этим миром есть иной, не поддающийся логике или в нем осуществились потаенные мечты.

После твоей смерти ничего не изменилось. Мир все так же продолжает гнить, а общество пожирать друг друга. Жизнь толкает меня принимать сложные решения и двигаться вперед, в то время как я хочу, чтобы мой прах развеяли вместе с твоим. Врагов все больше, и эта паутина сложнее и запутаннее. Хватит ли у меня сил разрубить этот гордиев узел и создать мир, который ты хотел? /По заявке: Иво мертв, Лу находит смысл существования в мести и становится лидером сопротивления.