Бывший императорский див явился к Аверину посреди ночи с весьма конкретной просьбой...

Главный герой находит снежный шар, который перемещает его в то время, когда он может исправить что-то важное. — таким было задание НапиСанты. Так почему бы не дать "Зазеркалью" шанс всё же стать чем-то счастливым?

Гермес Аркадьевич не приготовил вовремя для Кузи ответный новогодний подарок.

— Кузя… Кузь, — названный издал нечто похожее на бесформенный звук вопроса. — Я не позволю этому случиться, только не снова, хорошо? Просто не смогу опять тебя отпустить. — Рыжеволосый понятливо кивнул, почти что мурлыкнув в ответ. — Мне очень не хотелось вас оставлять…

То чувство, которое он испытывал, было сильнее здравого смысла. Это либо должно привести к величайшему счастью, либо разрушить всю его жизнь.

Див начинает задавать ненужные вопросы, что почти не удивляет Аверина. Почти.

Кузя вздохнул. - Я хочу… Можно мне хотя бы разок поспать с вами, Гермес Аркадьевич?

И Аверин не мог отказать этому. Он не мог не поддаться искушению.

На первый взгляд Кузя пытается сделать приятно своему колдуну. На второй тоже. Но всё не так однозначно, как может показаться.

Долгожданный вечер любви и нежности.

— Значит, я люблю вас?

Да просто хоть раз бы он нормально его погладил! Хоть какой-то ласки! Настоящей.

- Кузя, люди так не делают. У мужчин одна одежда, у женщин другая, иное уже считается непристойным.

Аверин всегда воспринимал Кузю как дива или человека, однако забывал, что истинная его форма – это кот, и она же определяет некоторые его повадки. А коты так легко могут разыграться...

Кузя и Гермес Аверин празднуют Белтейн. Даб-кон очень легкий. Аверин - боттом.

Из-за привязки сразу трех дивов у Аверина начинаются проблемы с контролем колдовской силы. Александр намерен помочь графу решить эту проблему.

Кузе порой кажется, что его хозяин слишком долго смотрит на Анонимуса. А Анонимус на его хозяина. А, может, не кажется... Ой-ой, нетактично за таким наблюдать! Бедный Кузя!

Кузя с самого начала был особенным. Не хотел жрать людей, да и дивов, был борцом за справедливость и за равноправие в правильном понимании этого слова. А чем он хуже людей в плотских утехах? Тем, что у него другое восприятие прикосновений и прочих действий с физическим телом? А так ли это? Он ведь не самый обычный див.

Гермес Аркадьевич не позволяет себе думать, иначе всё кончится очередным сражением с совестью. - Кузя, я хочу тебя поцеловать, - мягко говорит он. – Можно?

Кузя, кажется, слишком много времени проводит с детьми Виктора — так подумал Аверин, когда его див предложил на ужине в канун Рождества поиграть в одну «жуть интересную» игру. Потому что, по мнению Кузи, Сергею с Владимиром нужно помочь раскрыть их чувства, и ничто с этим не справится лучше, чем «Правда или действие». Аверин не стал мешать. Аверин знал — подобные затеи всегда выходят боком исключительно инициатору.