Заключение под стражу с Драко Малфоем не должно быть таким невыносимым, правда? AU: Седьмой год обучения

— Высокий? По-твоему именно это я должна заметить в Малфое? Его рост? Джинни приподняла бровь и многозначительно лизнула кончик пера. — Ну, разве это не твой типаж? Локхарт. Крам. МакЛагген. Рон. Единственное, что у них вообще общего, — это то, что они были достаточно высокими, чтобы обеспечить тебе боль в шее. Гермиона почувствовала, как ее уши заалели, и крепче сжала книгу. — Я не люблю высоких мужчин. Это чистой воды совпадение.

И в момент, когда он не ответил на поцелуй, у Гермионы перед глазами промелькнул остаток их учебного года. Его подшучивания и ее пунцовые щеки. Грудь сжалась от ужаса, когда она осознала, что только что сделала — поцеловала Драко Малфоя.

— Ты только что сказал мне, что дал Непреложный Обет на чертовом четвертом курсе и что эти тупицы Труляля и Траляля помогли тебе в этом, что ты займешься со мной сексом до того, как закончишь Хогвартс. И теперь, если ты не трахнешь меня в ближайшие несколько дней, ты умрешь. Не просто секс с кем-то, а, внимание, заметьте. Это должен быть секс со мной. Магглорожденной, печально известной заучкой и невыносимой всезнайкой Гермионой Джин Грейнджер. Со мной. —

Все начинается в тот день, когда Драко Малфой случайно застает Гермиону Грейнджер за очень странным занятием...

В первую же неделю учебы в аврорате после войны Гермиона открыла для себя два факта: - Она с сожалением осознала, что ее влечет к Драко Малфою. - Малфой не хотел иметь с ней ничего общего и велел ей никогда с ним не говорить. Прошло пять лет, и, двигаясь вверх по многообещающей карьерной лестнице аврора, Гермиона Грейнджер относилась к двум вещам с особенной серьезностью: - Она по-прежнему, мучительно и безнадежно была пленена Драко Малфоем. - Она ни за что не нарушит их общий обет молчания

Драко очень волнует то, что у старосты Гриффиндора зеленая сумка.

— Высокий? Это то, из-за чего я должна была обратить внимание на Малфоя? Его рост? Джинни выгнула бровь и многозначительно облизнула кончик леденца. — А разве это не твой пунктик? Локхарт. Крам. Маклагген. Рон. Единственное, что их связывает - это то, что их рост вызывает у меня приступ боли в шее. Гермиона ощутила, как начали гореть уши и крепче сжала книгу в руке. — У меня нет пунктика на высоких парнях. Их рост - простое совпадение.

Драко — единственный слизеринец, который вернулся на восьмой курс обучения в Хогвартсе. Гермиона — единственная его однокурсница, которая его не избегает. Вместе они готовились к занятиям в общей гостиной, сидя за журнальным столиком. Это место уже стало их собственным, и именно здесь зарождаются чувства.

Блейз давно влюблен в Джиневру, но признаться в этом ему сначала не позволяли семья и общество, где семья Уизли считались «предателями крови», затем её влюбленность в Поттера и война, и только на дополнительном седьмом курсе у Блейза появилась прекрасная возможность приударить за Джинни, когда все преграды стерты. Всё бы ничего, если бы с ней рядом постоянно не была Гермиона, которая не позволяла ни одному из слизеринцев приблизиться к Джинни, словно сторожевой пес.

Он наблюдал за ней и никак не мог понять: что такого произошло с Грейнджер, что она неожиданно изменила своё мнение о нём.

Драко оказался главным героем неудачной шутки Забини. Заклятие похоти будет действовать ровно шестьдесят минут. В класс к Драко заходит Грейнджер. Смогут ли они оба сдержаться изо всех сил?

Что, если бы «Дары смерти» развивались по-другому? Что, если бы некоторые из плохих парней были не такими уж плохими? Что, если бы было гораздо больше сотрудничества и общения? Что, если бы Драко оказался в бегах вместе с Золотым трио? Правила: Пожалуйста, не говорите Родольфусу, где Северус прячет хорошее вино. Пожалуйста, не накладывайте на Финеаса заклинания Муффлиато. Пожалуйста, не говорите Драко, что он собирается в поход.

Драко обречён Министерством на целый год жизни без магии. Гермиона, которой поручили отвезти гордого, но теперь лишённого магических сил волшебника в маленький коттедж в глуши, даже представить не могла, что ей придётся учить своего бывшего противника пользоваться тостером. Никто из них не ожидал, что это вынужденное сотрудничество станет началом истории любви, растянувшейся на десятилетие.

У них не роман. У них выживание, месть, психологические травмы и странное желание держаться за руки. После магического срыва Гермиона попадает на “исправительные работы” с командой психически нестабильных, но чертовски харизматичных отщепенцев. В программе: – Симус Финниган: все еще взрывает. Не только еду. – Теодор Нотт: не замолкает. Никогда. – Пэнси Паркинсон: язвит и лечит. Иногда одновременно. – Драко Малфой: орет, выходит из себя, но все равно бежит за ней в лес.

— Грейнджер, это не только твой первый раз, — признался он, но теория о его великих сексуальных похождениях слишком глубоко засела в умной голове. — Да, конечно. Это наш первый раз, — кивнула она, потянувшись к нему за поцелуем, но Драко увернулся. — Я не об этом. У меня это тоже впервые. Если честно, я никогда не делал этого... — робость снова вернулась на место, скрашивая каждое слово неловкостью.

Той ночью, когда Гарри и Дамблдор вернулись из пещеры, Пожиратели смерти поднялись на Астрономическую башню на одну минуту позже. Драко Малфой опустил палочку. (АУ Даров Смерти, но в духе Роулинг.)

Когда Министерство магии предложило довольно гениальное решение демографического кризиса — объединять молодых незамужних ведьм и волшебников с целью деторождения, Гермиона едва могла в это поверить. И она уж точно не ожидала, что первое предложение руки и сердца получит от Драко Малфоя. Но то, чего она не могла бы себе представить и за миллион лет — это то, что она… согласится.

Драко Малфой неоднозначно относился ко многим магловским вещам, некоторые откровенно ненавидел, но джинсы и виски он любил.

История о том, как одна пьяная выходка с видеокамерой, две недели грязных писем из заснеженной Норвегии и одно неудачно брошенное Кормаку Маклаггену слово могут превратить старых соперников в участников весьма специфического "научного" эксперимента...