- А ты мог бы хоть раз сказать мне “нет”, - предлагает Нил, расслабленно откидываясь на обледенелые доски. Тодд скорее инстинктивно приобнимает его за плечи, чтобы согреть, но в этот же миг словно ощущает удар под рёбра. Прищурившись, на них с холма смотрит Чарли.

- А ещё тебя не существует, Нил. Ты застрелился несколько дней назад, - выдавил Тодд, сморгнув слёзы.

Правда - это короткое одеяло, одеяло, под которым всегда мёрзнут ноги; его можно натянуть, завернуть, но его всегда не хватает… (с)

Томас Перри узнаёт, что его сын был влюблён в парня.

тодд знает, что нил собирается себя убить.

Это не то же самое, что обман.

Прошло два дня. Сейчас утро: Тодд стоит в их комнатке и держит в руках учебник по химии.

И Нил, полностью вовлеченный в этот монолог, сам забыл как дышать. Сердце готово было или выскочить из груди, или остановиться. Он дрожащими пальцами снял с носа очки, рвано выдыхая и отводя взгляд от Тодда. Настоящего Тодда Андерсона.

Нет повести печальнее на свете, чем повесть о самоубийце Пэке

Во время дождя Нил забегает в библиотеку, чтобы переждать непогоду. Дождь давным-давно закончился, но парень всё равно после пар спешит в библиотеку, чтобы проведать миловидную незнакомку, которая работает в ней.

Нил медленно убирает пистолет от виска и возвращает его на стол, позволяя лунному свету снова забрать оружие в свои объятия. Несколько долгих минут он рассматривает его, затем заворачивает в ткань и запирает шкафчик. Глаза сухие, пальцы уже не пробивает дрожь. Плевать, что будет завтра. Этой ночью Нил Перри сделал свой выбор. Выбрал свою дорогу.

Чарли уже в тысячный раз выводил своим размашистым почерком на полях тетради латинские буквы. Впервые по отношению к нему можно было подобрать такое слово, как "мрачный", но что поделать, когда главный болтун и шут класса вдруг неожиданно осознает, что тоже вполне себе способен на серьезные чувства. Кажется, что способен. И Чарли невольно вздрагивает, когда Киттинг сообщает, что директор все-таки разрешил поставить в Уэлтоне пьесу... Шекспира. Поставить "Ромео и Джульетту".

«я, если ты хочешь, готов поехать с тобой», словно бы подытоживает он, рука на макушке спускается к лицу, пальцы мягко оглаживают скулу, щеку, кожу под глазом. «конечно хочу, арс, с кем бы я еще поехал, как не с тобой?». [ау, в котором антон - журналист, а арсений - фотокорреспондент, и они продолжают жить после предыдущей сложной командировки]

— Подписывай, Тодд, — приказал он. — Я не буду, — покачал головой Андерсон. — Тодд! — всхлипнула мать. — Это ложь! Я не буду подписывать.

Вика Хокбер очень устала от ежедневной школьной рутины. Друзья и вся жизнь казалась ей не такой впечатляющей и красочной, а личной жизни у неë не было совсем. Отчаявшись, она прибегает к осознанному сну, чтобы убежать от угрюмой, серой и такой пугающей реальности. Туда, где еë ждëт запах пыльных библиотечных полок, кучи пряных жëлтых листьев, верные подруги и очаровательный мальчишка, играющий лесного духа в шекспировской пьесе...