Они любили друг друга настолько сильно, что это убивало обоих. Но что делать, когда вместе быть больно, а порознь невыносимо? И как до этого дошло, когда все вокруг пытаются их остановить, а они не могут отказаться от своей любви, насквозь пропитанной ядом.

О том, как ловко можно перевести разговор в другое русло, правда неизвестно чем это кончится.

Странник с читаемым противоречием в глазах обратился к той, что спасла его от бытия безысходности.

Он резко оказался за спиной Путешественницы, и та вздрогнула, когда в её голове раздался нежный голос: – Не переживай. Ты же знаешь, что я могу дать тебе достаточно своей любви. Его голос был низким и спокойным, даже до такой степени, что сопротивляться было невозможно. Осознание пришло не сразу, как и смущение вперемешку с ужасом от услышанного. Но Сказитель не планировал останавливаться.

И знала бы Люмин, насколько дерьмово ощущал себя Скарамучча, когда видел её с улыбкой на лице в окружении друзей. Он всегда был рядом с ней, но никогда не имел и малейшего права притронуться. Проиграв ей и Дендро Архонту в Сумеру, Скарамучча сидит в Храме Сурастаны и, кажется, впервые готов раскаяться в своих грехах.

Осознание, что кто-то о тебе заботится, вполне могло заменить холодную пустоту внутри на жар живого сердца, пусть и не в буквальном смысле. Возможно, это лучший исход для него, который поможет стать ему счастливым – найти своё собственное солнце, что будет согревать лишь одного его, и никого больше, заполняя этим теплом болезненную дыру в груди?

Он вытерпит все: невкусные цвета, боль в фальшивом теле, горячую тьму, но не ее. Потому что, вглядываясь в слепящий свет ее души, он почему-то хочет сказать "научи меня хорошему", а это неправильно, это вопиюще отвратительно, это — бельмо на глазу.

Сказитель открывает голубые глаза и смотрит на путешественницу. В них Люмин больше не видит отчаяния. В них больше не отражается его последняя надежда в виде Сердца Бога его матери.

– вы только послушайте, ваша любимая путешественница хочет понежиться в руках у будущего архонта, хахаха!

Тяжёлое дыхание. Тёмный зал. Разбитое на сотни кусочков Электро Сердце Бога. И лишь капли солнечного света, попадающие на меч храброй Путешественницы. В иной бы ситуации, этот меч сверкал при лучах света, но не в этот раз.

Месть — очень вкусное блюдо, но стоит быть аккуратнее, чтобы не оказаться на тарелке самому.

Грядёт что-то новое в жизни шестого предвестника, теперь уже бывшего, да и, Люмин наконец-то перестанет быть настолько одинокой. После того, как Данслейф предал ее, она уже отчаялась, что рядом с ней будет хоть кто-то, помимо порождений Бездны.

…я был счастлив. Туманное будущее рассеялось, подарив мне второй шанс. И её, что обещала быть рядом.

– Понимаешь, с нашей первой встречи твой образ навсегда отпечатался в моей голове, – юноша продолжил свою тираду, – Твои янтарного цвета глаза пленили меня своей красотой, твои золотистые волосы заставляют не отрывать от них взгляда, а каждая мелочь в твоей одежде - бесподобна. Чего только стоят твои чарующие перчатки, закрывающие только большие пальцы на руках. А твое платье…Впрочем, я могу говорить об этом вечно и, как я посмотрю, уже порядком напугал свою милую гостью.

Что будет, если кукла приобретёт сердце?

Совсем редко, иногда, он поддавался жалким уговорам и оставался, не покидал гнить в алых полей темнице.

Скарамучча любил привозить гостинцы.

Этот вечер стал последним,после долгого их расставания...

И всё таки, она определённо лучше любого обогревателя.

пожалуй, теперь гроза будет иметь для неё особое значение.