Хуа Чэн с одногруппником случайно встречают у стен университета юношу с истфака и перебрасываются с ним парой фраз о преподавателе, который должен вести у экономистов всемирную историю. Одногруппник сразу посвящает обоих в грязные слухи о профессоре, а Хуа Чэну кажется странным, что студент исторического курит на перерыве у корпуса математиков и экономистов. Уже спустя пару становится понятно, что ему не просто показалось.

— Так и что тебе надо? — спросил Фэн Синь наивно: так, сука, наивно! — Я проиграл спор, хорошо, так и что ты от меня хочешь? Или: Фэн Синь совершает несколько ошибок (и ни одна из них не случается по его вине) и зарекается никогда больше не спорить с Му Цином.

Всё закончилось... Хэ Сюань думал, что почувствует если не радость, то хотя бы удовлетворение от мести. Но его ждала лишь пустота, что глубже и темнее океана. Демон Чёрных вод пощадил Повелителя Ветров и позволил ему самостоятельно выбирать свою судьбу. Между ними ничего нет. Хэ Сюань сам уничтожил всё, что было и могло быть... Но он не может отпустить прошлое. И не может отпустить Ши Цинсюаня.

Для Лань Ванцзи становится тревожным тот факт, что он думает о своём муже слишком много. Каждый раз, когда он наблюдает за ним, разговаривает с ним, обедает, путешествует или совершает любое другое бытовое действие, в его мыслях всплывает образ возбуждённого юноши, который утопает в океане удовольствия. И чтобы однажды не сорваться и не накинуться на беззащитного Вэй Ина, Ханьгуан Цзюнь решает погрузиться в медитацию.

Наткнувшись на коллекцию маленьких чёрных книжек Хуа Чэна, посвящённых определённой теме, молодожёны отправляются в «путешествие», чтобы «изучить» содержащуюся в них информацию.

Се Лянь вновь теряет память. Хуа Чэн этим пользуется прежде, чем помочь ее вернуть.

Се Лянь умеет глотать мечи, а Хуа Чэну совсем не нужно дышать.

— Саньлан! — обратился бог к названному по духовной связи — я хочу пригласить тебя на пикник. Только у того была небольшая просьба: Клубника. Се Лянь просил принести корзину с клубникой.

- Сань Лан… Как ты смотришь на то, чтобы… - Он запнулся, думая, как сформулировать вопрос. Не придумав ничего путного, Се Лянь просто решил спросить напрямую. - Можно я буду сверху сегодня?

После долгих испытаний, Се Лянь наконец-то занимает место, которое по праву принадлежит ему – трон Небесного Императора. Верный возлюбленный супруг императора всегда рядом, чуть позади его величественного золотого трона. Вместе они смотрятся очень гармонично. Но как же иногда хочется Хуа Чену нарушить эту гармонию и встать перед своим супругом, прекрасным божеством на колени…

Хуа Чен и Се Лянь - счастливая пара, но судьба жестока и хочет погрузить их мир во мрак. Возлюбленные навсегда желают остаться вместе в кленовом лесу. Это ли будет их последним желанием? Или Се Лянь заболел, а Хуа Чену нужно научиться жить дальше.

Страна на западе, Скидан, пережила почти полное разорение и падение, но восстала из пепла, затмив своим влиянием весь континент. Причиной возвышения все, не сговариваясь, называли нового правителя, эрда Сина. Будь дело только в его неординарных способностях к управлению государством — это был бы один разговор, но ему только стукнуло 20 лет, когда слава о нём разнеслась по всему миру. Син оказался не просто сильнейшим сурии на континенте — он управлял тёмной дэ, энергией смерти, болезни и страха.

С губ Се Ляня срывается стон отчаяния, но ветер глушит и его: «Простите, не будете ли вы против, если я зайду минут на пятнадцать? Я не из здешних мест и не ожидал метель. Мне неудобно вас беспокоить, но…» «Пойдем, — улыбается незнакомец, — давай согреем тебя.»

Вообще-то ситуация эта была достаточно забавной. Это же надо, трижды наступить на одни и те же грабли. И трижды найти один и тот же выход. Трижды Се Лянь застревал с Хуа Ченом в каких-то ограниченных и темных пространствах. То шкаф, то коробка... Смешно ведь, да? Только к последствиям это приводило не смешным.

"Гипотетически", — говорит Се Лянь, — "что бы ты сделал, если бы кто-то — не я, разумеется, — сказал тебе, что у него есть чувства к Сань Ла— к твоему соседу? Даже если они живут на другом конце света, и это, вероятно, никогда не произойдёт, и..." "Это крайне специфическая гипотетическая ситуация", — отвечает Хэ Сюань с набитым ртом. (Или: Се Лянь влюбляется в соседа своего лучшего друга. Это бы не было проблемой, если бы они не жили на противоположных концах света.)

Му Цин красивый. Фэн Синь знал это, принимал болезненно, как занозу на языке, лезвие под кожей. Он знал это, знал глубоко в душе, и все же до сих пор позволял этому лучшим образом задевать его. Му Цин начинает по-разному заплетать волосы. Фэн Синь не может этого выдержать (и влюбляется).

Постоянные опоздания вошли в привычку Се Ляня. Вот и сегодня, пытаясь успеть на лекцию, он бежал со всей дури, и благодаря своей "невероятной удаче" умудрился сбить человека с ног. По-быстрому извинившись и убежав, вскоре придется снова встретиться со сбитым незнакомцем, ведь сама судьба решает подбросить для этого повод.

Сжимая в судорожно дрожащих пальцах простынь, Се Лянь предпринимал жалкие попытки уползти на одних лишь руках. С пеленой перед глазами принц всё-таки уловил сияние серебристой бабочки, так бесстыдно порхающей прямо перед ним. – Предательница! – прошипел он, до боли прикусывая губу. – О? У гэгэ ещё есть силы говорить? – насмешливый голос послышался прямо над ухом, а Се Лянь был вновь притянут назад. – Тогда мне стоит стараться лучше.

Его Высочество смотрит с любопытством, его глаза восторженно распахнуты, а по-детски пухлые щёчки покрыты румянцем, из-за чего их так и хочется укусить… — Гэгэ, а покажи мне ещё волшебных бабочек? Хуа Чэн тяжело сглатывает. Его Высочество точно его погубит.

Модерн!АU: Девушка, по уши влюблённая в Хуа Чэна, решается приворожить того с помощью любовного зелья. Ничего особенного, на кого первым посмотрит, в того и влюбится, только вот... эта особа совершила большую ошибку и вместо её возлюбленного зелье выпил Се Лянь и первым, на кого тот посмотрел, оказался Хуа Чэн.