Кавех ходит на свидания и вкусно обедает за чужой счет, аль-Хайтам работает и не-ревнует-не-своего-парня.

То, что Кавех с порога заедет ему металлической ложкой по лбу – Аль-Хайтам точно не ожидал.

В таком духе проходят их дни. Аль-Хайтам возвращается из Академии злой и приставучий, Кави продолжает изображать саму невинность. Тигнари бесстыдно хихикает в кулак при встрече.

И Аль-Хайтам считает, что ему не следует это видеть. Что такой утренний, совсем-совсем безоружный во всем Кавех – не для него. Что это, наверное, слишком интимно.

Существует три вещи, которые Аль-Хайтам на дух не переносит: сверхурочную работу, человеческую глупость — и альфа-физиологию.

Аль-Хайтам не может понять, почему Кавех до сих пор живет в его доме.

Кавех попросил денег — Хайтам дал не задумываясь. Ему для любимого человека ничего не жалко. Вот только откуда ему было знать, что Кави купит нечто такое?

Аль-Хайтам возвращается домой и чуть не спотыкается обо... что-то. Он переминается с ноги на ногу и хмуро глядит на это что-то. Большой деревянный Аранара улыбается ему в ответ. «О, и как он тебе?» - спрашивает Кави с кружкой в руках.

- Знаешь, во время брачного периода самцы райской птицы кричат так же, как ты, прыгают, привлекая внимание. Так что если тебе не нужно моё внимание на всю оставшуюся ночь, ложись спать, - секретарь откинулся на подушки, прикрыв глаза и слушая недовольное бормотание.

Через полчаса Аль-Хайтам вернётся домой, и Кави должен быть в полной боевой готовности к моменту, когда тот перешагнет порог. Да пошло оно всё. Проще и вовсе съехать, чем снова препираться с Аль-Хайтамом. Если начать собираться прямо сейчас, он успеет сложить кое-что из одежды и художественные принадлежности, хотя бы всё самое необходимое. Так? Так. Кави кивает сам себе, поднимаясь с дивана. | Кави случайно заканчивает звонок словами «Пока, люблю, целую!»

Аль-Хайтам пишет записки, чтобы не забыть. Кавех иногда на них отвечает.