Иван — опытный айдол, ставший актёром-новичком, — встречает на съёмочной площадке своего кумира. Кое-что происходит. Много чего происходит. Иван, похоже, выиграл эту жизнь.

С лёгкой улыбкой он прошёл мимо Тилла в гримёрку, приветствуя персонал. Тилл стоял, с отвращением уставившись на пустое место, где только что стоял Иван. Иван целовал других? Чёрт, почему это звучит так раздражающе? Тиллу ведь и самому приходилось целовать других актёров ради ролей, так чем же это отличается? Он вздохнул и обернулся, услышав, как режиссёр зовёт готовиться к съёмкам. // Тилл сохнет по ничего не подозревающему Ивану, пока они записывают сцену с поцелуем для 6 раунда.

Если Ивану хочется шутить, хихикать и накручивать волосы на пальчик перед какой-то девушкой, которую Тилл в жизни не видел, это не его, блять, дело. — Я не думаю, что у Ивана настолько длинные волосы, что их можно накрутить на палец, — говорит Мизи. — Это фигура речи, — огрызается Тилл.

Одно недопонимание влечёт за собой другое, и, судя по всему, у Тилла теперь есть парень? Вот только на самом деле это неправда... Так что ему в срочном порядке надо его искать.

— И с кем бы я встречался? С тобой? — Ну да. Если это заставит их отъебаться от тебя. // Ивану просто нужна была помощь, чтобы избавиться от назойливых однокурсников, и так получилось, что в именно этот момент вспыхнула лампочка.

Иван озабоченный мудак, а Тиллу лишь приходится мириться с этим.

— Просто для справки, хочу сказать, — хрипло произносит Тилл, — что я ненавижу это. Взгляд Ивана скользит по его телу с маниакальной интенсивностью, и Тиллу это уже не нравится. — Ваше возражение было принято к сведению и проигнорировано, — бормочет брюнет. // Тилл примеряет костюм зайчика для предстоящего конкурса по переодеванию. А Иван, мягко говоря, в восторге.

Следующие несколько недель, Иван наблюдает. Тилл имеет ужасные оценки по всем тестам, но прекрасно играет на гитаре. Он никогда не появляется в школьной столовой, как бы внимательно Иван ни оглядывал присутствующих. В то же время, он также не видел, как Тилл ест в классе. А еще, Тилл был тем, кто ухаживал за цветами во внутреннем дворе школы.

Картинка, помимо воли возникшая в его голове, вызывает внутри теплое иррациональное чувство, заставляющее Тилла вздрогнуть. Его щеки горят и Тилл не понимает, почему. Почему думать об этом так волнительно. Почему он должен испытывать стыд за подобные мысли.

(Рокерская AU) Тилл вдруг приказал — просить он, казалось, не умел априори, — остановить машину. Это все больше начинало походить на спланированную попытку убийства.

Тилл сделал несколько панических шагов назад, захлопнув за собой дверь. Подержав пару секунд ручку нервно подрагивающими пальцами, он вновь потянул ее на себя. Ничего не изменилось. Иван, этот широкоплечий высокий идиот был одет… в платье.

Модель Иван и рок-звезда Тилл после одного из поздних ночных концертов Тилла.

Первый, о ком думает Иван, проснувшись в незнакомом месте, это, конечно же, Тилл.

Если он не будет бдительным, Тилла утащит какой-нибудь жалкий и недостойный альфа-вредитель. Иван откинулся на спинку кресла, размышляя, что сделать, чтобы ни у кого больше никогда не возникало никаких подозрительных мыслей о Тилле. Он должен действовать осторожно. Если спалится, Тилл может прийти в ярость. Допивая свой напиток, Иван начинает разрабатывать план. // Или же Иван и Тилл пропускают пару этапов в своих отношениях, не так уж скрытно пытаясь манипулировать друг другом.

Несмотря на то, что они с Иваном знакомы с детства, Тилл всё ещё его не понимает.

Тилл наконец набирается смелости признаться в своей давней любви Мизи, но вместо этого она совершает перед ним каминг-аут. Отказ приводит его к тому, что он занимается самоанализом, осознавая, что он, возможно, и сам немного гей. Возможно.

Если бы несколько месяцев назад кто-нибудь сказал Тиллу, что ему каким-то образом удастся привлечь внимание могущественного — хоть и очень надоедливого, — вампира, он бы рассмеялся этому человеку в лицо. Только вот сейчас Тиллу не до смеха. // Охотник на монстров Тилл встречает одного раздражающего, наглого, абсурдно сильного вампира, который отказывается оставлять его в покое.

Тилл никогда не верил в Бога. Отец-алкоголик, больная мать, которая умерла, когда ему было шесть, — его судьба была предрешена. Молитвы ничего бы не изменили. И в каком-то смысле он был прав. Только его божество явилось ему не в витражах, а в грязном переулке и протянуло руку. Оно пришло к нему в облике черноволосого мальчишки — смертного, простого человека, ставшим его спасением.

Иван просыпается на поле, усыпанном алыми цветами. Он жадно вдыхает тёплый воздух, хотя по щеке всё ещё стекают призрачные капли дождя, а перед глазами расплывается образ потрясённого Тилла. Над головой раскинулось прекрасное лазурное небо. Слева спит мальчик с серыми волосами. Неужели даже смерть может быть столь жестокой? Он сглатывает, проводя кончиками пальцев по знакомому лицу. — Тилл. Тилл шевелится, но не просыпается. Интересно, что же из всего происходящего — кошмарный сон?