После того, что случилось на Собрании Союза Бессмертных, Шэнь Цинцю словно выгорел. И в один прекрасный день, когда небеса были лазурно-голубыми, лишенными облаков, а ветер шелестел листьями бамбука вокруг хижины и ласково касался сочной травы, Шэнь Цинцю понял... Он устал. Всё это время, всё, что он делал - это бежал от участи стать живым мертвецом, павшим от рук главного героя. Прошла кульминация. Ничего не изменишь. Он преодолел Рубикон, достиг точки невозврата... Если суждено, он умрёт.

– Дагэ, – Хуа Чэн палочками ткнул в сторону Ло Бинхэ, а после повернулся к Лань Ванцзи. – Эргэ. И, – указал на себя, – Саньгэ? Саньди? – «Сань Лан», – поправил Лань Ванцзи, – подходит тебе больше. Ло Бинхэ кивнул: – Согласен. Но почему «третий сын»? [История о знакомстве трех одиноких сердец из серии «Brothers AU» и дружбы, длиной в бесконечность. О не менее прекрасном знакомстве их мужей и маленьком неугомонном «сынишке» Лань Ванцзи].

Все мы знаем ту самую сцену на празднике середины осени с Хуа Чэном и Се Лянем. Но что было бы, если бы эта сцена создавалась, когда Се Лянь уже был в отношениях с Хуа Чэном? Вот моя версия этого замечательного момента...

О том, как двое Непревзойдённых сговорились против богов.

Чтобы выздороветь, Шэнь Юаню нужно съесть дракона. Шэнь Цзю, как заботливый старший брат, все устроил. Жаль только, что в планы дракона и по совместительству наследного принца страны быть съеденным не входило...

Что было бы, если б Вэй Усянь упал с Луаньцзан прямиком в Бесконечную Бездну? А если на голову ещё и Ло Бинхэ с Хуа Чэном свалятся? Три настоящих бедствия в одной Бездне - и много вина. Для Вэй Усяня, конечно.

— Значит, Вэй Усянь и есть тот ублюдок, укравший твое тело? — спросил Хуа Чэн, игнорируя грозный взгляд Лань Ванцзи. — Похоже на то, — ответил Се Лянь. Или: Се Лянь и Вэй Усянь меняются телами, их мужья очень недовольны.

— Наш маленький мальчик уже дорос до свиданий, — Шэнь Цинцю потрепал Хуа Чэна по щеке. — Сейчас тебе на вид лет пятнадцать, совсем ещё мальчишка. Вэй Усянь потянул Хуа Чэна за другую щеку и слегка взъерошил черные волосы. — И кто же похитил сердце нашего маленького Сань Лана? — Было бы что похищать, — обиженно буркнул Ло Бинхэ. >История о том, как Хуа Чэн собирался на первую встречу с Се Лянем, а старшие братья ему советы давали.

– Верно. Один кусок ничего не сделает, – Вэй Усянь с трудом верил в то, что говорит. Ло Бинхэ ведь не ребенок; ауру смерти, исходящую от еды, невозможно было не почувствовать. Булькнувший уже в который раз пузырек в тарелке всё больше убеждал их в глупости и опасности этой затеи. >История о том, как Се Лянь налаживал отношения с членами своей большой семьи с помощью… готовки. Он явно выбрал не самый лучший из своих талантов.

Будучи смертным наследным принцем Сяньлэ, Се Лянь получил страшное предсказание о своем будущем браке: ему суждено было жить в роскоши в качестве невесты великого и могущественного демона, обладающего достаточной силой, чтобы сотрясти сами Небеса! Восемьсот лет спустя Хуа Чэн - великий и могущественный демон - угрожает напасть на Небеса во главе своей демонической армии, если ему не отдадут руку Се Ляня в течение трех дней.

Эмин — очень нежный и чувствительный меч, которому нужно много любви и внимания от одного-единственного подходящего человека. Хуа Чэн — очень нежный и чувствительный демон, которому нужно много любви и внимания от одного-единственного подходящего человека. Се Лянь очень подходит на эту роль и очень, очень занят.

Он не говорит. (Он боится, что его не будут слушать)

Родители ставят Се Ляня перед фактом фиктивного брака, и, пытаясь избежать этого, он расписывается со своим лучшим другом. Однако у медали есть и обратная сторона. Он испытывает чувства к вышеупомянутому лучшему другу — чувства, о которых никто не знает. Или: история исцеления и обретения себя, потому что для этого никогда не поздно.

Похоже, у Хуа Чэна и Се Ляня накопился богатый опыт по спасению друг друга. Или история про Се Ляня-русалку и Хуа Чэна, который стал безжалостным пиратом-призраком, грозой всех морей, и решил обосноваться в бухте, где живет Се Лянь. Чистой воды совпадение.

Се Лянь где-то не здесь. Его глаза глядят далеко, но увидеть ничего не могут. На груди у Принца растекается красное пятно. Умин не успел.

Ло Бинхэ стоит на краю бездны, и Шэнь Цинцю просто не может заставить себя толкнуть своего ученика вниз. Перед глазами всплывают кроваво-красные окна с предупреждениями от системы "Не важно, что будет дальше", - думает Цинцю и, вонзив Сюя в землю у ног, разводит руки в стороны, и чуть не падает, когда Бинхэ врезается в него, стискивая в объятиях "Все будет хорошо", - шепчет Цинцю, ласково проводя рукой по волосам Бинхэ, и морщится то ли от очевидной лжи, то ли от очередного уведомления системы

хранят в себе воспоминания.

Когда опасный змеиный демон кусает Се Ляня, он заболевает лихорадкой. В бредовом тумане Се Лянь не замечает как те самые игральные кости выпадают из его рукава, и кто еще появляется, чтобы заботиться о нем, как не сам Хуа Чэн?

Это очень странно — впервые за восемьсот лет проснуться и осознать, что ты больше не влюблён. Хуа Чэн ощутил привкус новой реальности на кончике языка ещё до того, как открыл глаза. Даже воздух казался иным: спёртым, странно пахнущим. Не открывая глаз, он проверил, всё ли в порядке с его прочими чувствами и мыслями, и не нашёл никаких отклонений. За исключением одного… Впервые за восемьсот лет он подумал о Се Ляне и ничего не почувствовал.

Се Лянь и Хуа Чэн — друзья по переписке из разных городов, которые общаются практически без перерывов. Стоит Се Ляню признаться, что его чувства находятся за пределами дружеских, как что-то идет не так.