Шиын никогда не был в доме Сухо.

Поцелуй - трепетное событие, но когда вы оба испытываете его в первый раз, то момент по особенному скрашивается смущением, недопониманием и нехваткой чего-то. То ли опыта, то ли кислорода.

Сухо недавно прозрел, признавшись самому себе в чувствах к своему другу, но Сыин не дурак и может сложить два и два. Фанфик о том, как Сухо открывает для себя новые грани Сыина, а тот оказывается на редкость болтливый.

У Ан Сухо гадкий язык и глупые мысли, которые после комы не дают ему покоя. Может он ударился головой сильнее, чем все думали?

- Как думаешь, ты уже встретил свою вторую половинку? - Что? - Шыин удивленно повернулся к Сухо. - Я не знаю, почему спросил, - Сухо пожевал губу. - Просто думаю, что это слишком жестоко, узнать о ней только тогда, когда это больше не будет иметь значения. В чем тогда смысл? Глядя на бетон, Шиын не мог не согласиться. Как может быть вселенная настолько жестокой, лишив возможности настоящей любви, отняв ее одним необратимым ударом?

Сухо знакомится с друзьями Шиына сидя в инвалидной коляске - это слово все еще раздражает, даже в его собственной голове. Солнце слишком яркое для его глаз, которые пытаются привыкнуть к нему после месяцев, проведенных закрытыми. А потом он начинает ревновать. Немного, самую малость, ревновать.

— Когда ты меня поцелуешь? — спрашивает он так же спокойно, как если бы интересовался расписанием уроков на завтра. Сухо замирает. Он даже не сразу понимает, что услышал. — Что?

Сиын найдёт тысячу причин, чтобы любить Сухо. И всего одну, чтобы его ненавидеть.

Четыре раза, когда Сухо и Сиын становились тихой гаванью спокойствия друг для друга, и один, когда стали взаимным безумием.

Пока Сухо находится в коме — ему снится сон.

Теперь дни, когда что-то, казалось бы, незначительное полностью выбивает Сиына из колеи, редки — но разрушительны, как внезапный шторм. Эта их новая, спокойная, тихая, драгоценная жизнь избаловала его. Но когда тьма всё же прокрадывается внутрь, она целится в самое сердце — наверняка и с убийственной точностью — и тогда проникает в самое его нутро, потрясая до глубины души.

— Гадание на Таро? — спросил Шиын, просто повторяя за Сухо, потому что не мог думать, не тогда, когда рука Сухо тяжело лежала у него на плече, лицо было всего в нескольких дюймах, а губы, изогнутые в улыбке, манили его, словно мотылька на пламя. — Помнишь, — начал Сухо и отошёл, посмеиваясь. Рука Шиына на его спине потянула его немного назад, просто лёгким нажатием, чтобы Сухо встал параллельно ему. — Помнишь, когда я сказал, что мы точно были женаты в прошлых жизнях?