про дни рождения и чувство нужности

Нам Гю – сын лекаря, а Дэ Хо – будущий император, который частенько бывает в лазарете у Нам Гю.

Пораскидав мозгами Нам Гю внезапно осознаёт, что улыбчивый морпех именно тот, кто теперь ему нужен. Тот, к чьим коленям можно подбежать, склониться и бесцеремонно примкнуть щекой, уложив тяжёлую от мыслей голову, пока тот, слегка опешив, утешит его.

Чону сидит пред ним, практически в бреду, прикованный к стулу, совершенно беспомощный. До безобразия аппетитный с таким жалким и несчастным видом. Смотрит завороженно куда-то в потолок, лишь бы не встречаться глазами со своим личным ужасом, от которого он так отчаянно пытался бежать с этого треклятого общежития, но сам же и вернулся в свой капкан. [измененная сцена на 4 этаже]

— Я так скучала по твоим губам. И все равно, что мы не виделись всего десять часов. Если честно, твой язык так манит меня. Хочется ощутить его в себе. — Разве не только что ты лежала без сил, киса? Я чувствую как твои венки напряжены. И может, твои прекрасные бёдра и скрыты тканью тонких колготок, но я все равно вижу как они трясутся и какими мокрыми стали твои трусики. Я знаю как ты хочешь меня, ведь твоё тело говорит со мной.

— Не мямли, говори быстрее. — перебил Донхва и поставил колено между ног Гехуна, пока ничего не делая. У Гехуна от такого неприличного действия потянуло внизу живота. Он знал что, если скажет те самые слова это пойдет ему боком, хотя, возможно он хочет этого.

Минсоны. Джисон друг Минхо, но у Джи есть тентакли(цупальца), которые он прячет, надолго ли это?

чонин-психически болен,он одержим своим другом сынмином. сынмин до ужаса боится его,он еще не знает,что чонин может с ним сделать. минхо-другой близкий друг кима.

— Ах ты, грязная сучка, — выдохнул Минхо, его голос прорвался сквозь стиснутые зубы. Он сменил позу, отпустил волосы Джисона и резко перевернул его на живот, приподняв его бёдра так, что тот оказался на коленях, а его голова была прижата к прохладной простыне. — Вот так. Подставь свою мокрую пиздёнку, как положено.

«когда гаснут фонари, выползают упыри...» 31 октября, в день своего рождения и ночь открытых для нежити врат, Кирилл Флинс получает неожиданный подарок

– Конечно, застрять с полуголым экзорцистом в кладовой это ведь моя давняя мечта. – Да ну, я вот всегда мечтал провести так свой день рождения. – А он у тебя сегодня что-ль?

Кирилл наследственный охотник что унес уже не мало вампирских жизней угождает в лапы самого древнего и опасного вампира Рери, о котором охотники шепчутся с дрожью в голосе

Как там говорится? «Хочешь сделать что-то хорошо — сделай это сам»? Вот и Аято приходится самому искать кофейню, в которой ему бы приготовили нормальный (!) бабл-ти. К счастью, он находит что-то куда более ценное.

Это война, в которой оружие одного - вечное занудство, а второго - нескончаемый поток сортирных шуточек. И в этом противостоянии сможет победить лишь сильнейший, либо, конкретно в этом случае, смелейший.

Эдди хочет больше никогда не слышать этот голос. Эдди хочет слушать его всегда. Он возвращается в свою комнату, забывая, зачем вообще спускался, и сваливается на кровать, накрывая голову подушкой. Он ощущает острую потребность прямо сейчас обнять Ричи, но теперь…

После фан-митинга Джисон не может выбросить из головы одну картинку: чужой поцелуй на щеке Минхо. И когда они остаются вдвоём в пустой квартире, тишина становится слишком громкой, чтобы делать вид, что всё в порядке. Ревность требует доказательств. А Минхо требует правды.